Брат, стреляй первым!

В трусах, без лифчика, волосы всклокочены, сиськи набок, помада на губах размазана, тушь на глазах размыта. Она встала перед ним на колени. Положила голову ему на грудь. И простонала.

— Никита! Прости меня непутевую!..

— Я же твоя… А он меня… Он! — показала она на Витала.

— Да, он меня трахнул!.. Но теперь я твоя!

— А можно я тобой завтра займусь?

Альбина подумала, покивала головой.

— Ну тогда валите отсюда на фиг! Оба!..

Она поднялась с колен, приняла строевую стойку, приложила руку к голове.

— Пошли, подруга! — поманил ее за собой Витал.

Она повернулась и двинулась вслед за ним строевым шагом. Совсем сдурела баба. Повеселилась, называется…

Утром Альбина была совсем другая. Строгая, недоступная. И, кажется, с удивлением смотрела и на Витала, и на Никиту. Как будто ничего не помнила из сегодняшней веселой ночи. Хотя, конечно, что-то помнила. Поэтому не торопилась выгнать их из своего дома.

— Подруга, сходи за водкой, — небрежно попросил ее Витал.

— Я вам не подруга! — отрезала она.

— Эй, ты чо, в натуре? — выпучил он на нее глаза.

— Мне уже пора на работу, — поджала она губы.

— На какую работу? Ты чо гонишь?.. Ты же вчера сказала, что у тебя ларьки свои. Там у тебя свои люди. И, типа, без тебя работа идет…

— Да, у меня свои ларьки. Но работу нужно контролировать… И вообще…

— Вам тоже уже пора…

— А нам у тебя понравилось.

— Мало ли что вам у меня понравилось…

— Мне у тебя, подруга, все нравится… Хочешь, еще засажу!

— Я попрошу без пошлостей! — возмущенно протянула Альбина.

— Да ладно, не гони коней… Сейчас я сам за водярой схожу. Или Ник сходит… Забухаем, а там все повторится.

— А я сказал, повторится! — неожиданно разозлился Витал. — Заткни свою пасть, баба! И на стол что-нибудь сообрази! Жрать хочу!.. Ну, чего застыла?.. Живо давай!..

Звонкая пощечина оборвала Альбину на полуслове. Никита так и не узнал, о чем она хотела попросить Витала.

— Витал, зачем ты так? — попенял ему Никита. — С женщинами нужно бережно…

Он прошел в прихожую, вынул из шкафа сумку Витала. Взял оттуда свою «пушку» с навинченным на ствол глушителем. Вернулся в гостиную. Положил пистолет на раскрытую ладонь так, чтобы ствол смотрел на Альбину. И бережно погладил его.

— Ты, Альбина, не обижайся, — вежливо сказал он. — Но нам некуда идти. Мы у тебя немного поживем.