Брат, стреляй первым!

Пацан-то его, только задним числом… Ничейный был этот вояка, когда Чугун у его предков квартиру забирал. Но попробуй кому что докажи…

— А это нас не гребет, знал ты или нет. Не хрен было кидки беспредельные делать… Короче, хату придется вернуть.

— Да вы чо, пацаны! — вскипел Чугунов. — Это моя хата!

— Была ваша, стала наша… И двести пятьдесят штук баксов штрафа…

— Да вы чо, откуда у меня такие бабки!

— А это не наши проблемы…

— Да вы по живому режете!

— По живому? Режем?..

А ведь это мысль! В руках у одного крепыша что-то щелкнуло.

— Ты, наверное, в курсе, как тут на днях трех лохов порезали? — спросил браток.

Да, был телерепортаж с места преступления, где зарезали сразу трех парней. Какие-то беспределыцики мокруху состряпали…

— Так это ваша работа? — округлил глаза Чугунов.

— Не, не наша, — покачал головой крепыш. — Мы по беспределу не работаем. У нас все по понятиям… А вот ты, козел, будешь нашей работой.

Браток нагнулся к Чугунову. Окатил его могильным холодом пустых глаз.

— Ну так что, бабки отстегивать будем?

— Убери нож, поговорим, — выжал из себя Чугунов. Нож убрали.

— А теперь поговорим… Ну так что, ответ созрел?

— Ладно, допустим, квартируя отдам…

— А ты ее отдашь. И без всяких допустим, в натуре…

— Ну ладно, без допустим… А бабки за что? Двести пятьдесят штук — это слишком…

— Я же тебе говорю, это не наши, это твои проблемы. Где хочешь, там и бери эти бабки. Но ты их нам отдашь.

— Слишком крутой штраф… А потом, квартира отремонтирована.

И снова нож прижался к горлу Чугунова. На этот раз надрезали кожу, засочилась кровь.

— Мы можем сделать ход конем, — сказал браток. — Проведем дело через суд, докажем недееспособность хозяев квартиры. И квартира отойдет им…

А ведь он прав. Если нейтрализовать Чугунова, не дать ему воздействовать на судей, то по суду эта квартира вполне может отойти прежним хозяевам.

— Но тогда с тебя пол-«лимона» баксов… Короче, картину я тебе обрисовал.

И в течение этой минуты нож все глубже входил в Чугунова.

— Все, уломали! — сдался он.

Уж больно ему не хотелось умирать.

— Вот видишь, а ты целку из себя строил, — крепыш спрятал нож.

Кто-то бросил ему полотенце. Им накрыли надрезанное горло Чугунова.

— Поехали ко мне в офис. Оформим документы на квартиру.

— Двести пятьдесят штук.

— Двести пятьдесят, — обреченно кивнул Чугунов.