Брат, стреляй первым!

Витал посоветовал Никите не связываться с наркологической клиникой. Он самолично договорился с одним высококлассным наркологом, отстегнул ему три штуки баксов в счет будущих доходов Никиты. И, кроме того, нанял толкового пацана — крепкого, внушительной внешности. Ему в обязанность вменили физический контроль над родителями Никиты. Он должен был оберегать их от дружков-алкашей и от соблазна посетить винно-водочный магазин. Словом, за них взялись основательно.

— Да ты не волнуйся, сынок, — сказал Никите отец. — Выпить, конечно, жуть как хочется… Но мы с матерью все понимаем.

Нельзя нам больше пить. Жить, понимаешь ли, только начинаем…

— А я, например, вообще пить не хочу, — сказала мать.

Никита им верил. Но контроль над ними решил не ослаблять.

Он вроде бы не прочь был жить в квартире с родителями. Но не торопился переезжать сюда. Довольствовался квартирой в Черняеве, снятой для него риэлторской конторой. В этом районе все свои. И к месту сбора в пять секунд подтянуться можно. Хотя в тот день срочность не понадобилась.

Им нужно в очередной раз наехать на фирму «Заправка-сервис». Об этом Кэп и Горбыль сказали им в тот вечер, когда они всем скопом обмывали новую старую квартиру.

А сегодня, через день, выезд…

На этот раз братки от Кэпа зашли к нему без шума. Все те же пацаны. Которые в прошлый раз не по теме на него наехали.

Тогда Чугунов хотел зацепиться за ситуацию. Мол, давайте, пацаны, поляну вам накрою, посидим, типа, за жизнь поговорим. А потом он бы плавно перешел к Кэпу. Дескать, кинул он вас, пацаны, что делать будете? Но ничего у него не вышло.

Никто с ним водку пить не захотел… Но, наверное, сегодня они передумали и вернулись, чтобы насчет Кэпа и его кидка переговорить.

— Ну чо, пацаны, я вас не обманул? — спросил Чугунов. — Забрал у меня Кэп вашу хату?

— Считай, братуха, тебе повезло, — кивнул головой бригадир, которого звали Витал.

— Значит, кинул вас шеф?

— А вот за такой базар и в дыню можно получить! — рявкнул второй браток.

Это он в прошлый раз отрихтовал своим ботинком репу Крымову.

— Квартира уже за мной, — сухо сказал тот самый пацанчик, из-за которого и разгорелся весь этот сыр-бор. — Мы во всем разобрались…

Он в этой бригаде самый спокойный. Почти всегда молчит и никогда не ругается. Но это вовсе не значит, что он самый безобидный. Сила в нем какая-то таится. Опасная сила. Если снять его с предохранителя да спустить с боевой пружины — лихих дел может натворить… Не зря его так ценят в бригаде Витала.