Брат, стреляй первым!

Ненависть душила его. С каким бы удовольствием сомкнул он руки на шее этого ублюдка по кличке Ник.

Он возненавидел этого гаденыша с самого первого дня, как тот появился в команде. И даже не потому, что он не дал ему в сауне добить девчонку, опозорил его.

Его злило, что этот сосунок на голову выше его самого. В нем чувствовалась сила, спокойная уверенность в себе. И эта чуть ироничная улыбка — она бесила его. Казалось, этот пацан видит Гирю насквозь. Он готов был выколоть ему глаза, чтобы не видеть больше этот умный, все замечающий взгляд… Он ненавидел Ника, ненавидел, ненавидел…

Он готов был сдать его ментам еще в первый раз.

Когда его взяли по подозрению в убийстве коммерсантов. Он хотел передвинуть на него стрелки. Но тогда бы все пацаны из команды показали на него, на Гирю. Только поэтому он молчал. Не сломался под ментовским прессом.

Но у него не хватило силы пережить второй ментовский удар. Легавые добили его, сломали. Заставили показать на Кэпа и Горбыля. А потом предложили сотрудничество. Ему ничего не оставалось, как принять предложение.

Взамен они согласились подставить Ника. Это была его идея — подкинуть ему такое западло. И он был доволен собой сверх всякой меры. Он ни при чем, а все шишки на Ника…

Его выпустили из ментовки. Мало того, менты помогли ему встретиться с Кэпом.

Вместе с Кэпом и Горбылем повязали всех авторитетных пацанов в команде. Остался только он, Гиря. Его всегда задвигали на задний план, не давали занять место у штурвала команды. Но он стоял у истоков организации вместе с Кэпом.

Поэтому сейчас именно ему Кэп велел взять под свой контроль всех «быков», которые остались на свободе. А еще он велел найти Ника и пустить ему кровь. Кэп был уверен в том, что всех сдал этот сосунок…

Ника он искал. Но безрезультатно. Надо было активизировать поиски. Но как-то не сложилось. Слишком много было других дел… А Ник сам нашел его. И расколол, падла. Теперь Гиря целиком в его руках…

Хотелось волком выть от отчаяния…

Гиря заметил Гульку, свою очередную соску. Та сидела в кресле как неживая.

И тупо смотрела в угол комнаты. Будто ничего не видела, не слышала…

— Ну че, тварь, сидишь? — вызверился на нее Гиря. Та встрепенулась, вылупилась на него.

— Ну че выставилась? Руки освободи… Гулька вскочила с кресла. Перевернула его на живот. И попробовала стянуть с рук ремень. Но Ник, козляра, круто завязал узлы. У Гульки ничего не получалось.

— Ну чо, сука, не врубаешь?.. На кухню, мразь, дуй. Нож неси…

Девчонка закивала. И бегом в кухню.