Брат, вспомни все!

Только зубастым и клыкастым можно всерьез надеяться на успех. Никите еще не раз пришлось в этом убедиться.

Чугунова застрелили ровно через полгода после того инцидента. А Никита продолжал жить. И успешно осваивал новые виды бизнеса.

Он основал собственный банк. Обзавелся крепкими связями на уровне правительств России и Москвы. Используя очень важных чиновников, он проводил через свой банк огромные суммы бюджетных денег. Не без выгоды для себя. Правда, кое-кому он перешел дорогу. И его снова попытались убрать. Волчьим способом.

С волками жить — по-волчьи выть. Вот и пришлось Никите снова выходить на тропу войны. Он опять победил. Но на этот раз личного участия в войне не принимал. Все было сделано руками Сапунова и его бойцов…

Бизнес Никиты Брата процветал. Цветные металлы, нефть, банки. А потом отель. Он очень богат. В его руках страшная сила… Только почему он вынужден терпеть оскорбления этих обнаглевших молодчиков с автоматами?

Ответ прост. Силе может противостоять сила. А силы у Никиты сейчас нет.

Это сейчас у них ничего не получается. Но ничего, придет их время. Сумеют они подобраться к чистильщикам. Вместе они сила. И очень скоро кое-кто в этом убедится…

* * *Седого звали Михаилом. Леля называла его Мишей. Ласково так называла. Хотя ее тошнило от одного только вида этого упыря.

Упырь — именно так она теперь называла его за глаза. Чудовище, живущее среди болот. Чудовище кровожадное и ненасытное."

"Каждый день из лесу доносились крики ужаса.

Упырь был директором «школы убийц». На нем здесь держалось все — и «учебный процесс», и быт, и концлагерь для бомжей.

Все чаще Лелю подмывало сказать ему, что она знает, кого он здесь готовит. Он готовит профессиональных убийц, киллеров. И сам он убийца. К тому же он последняя сволочь и подонок. Но, разумеется, ничего она ему не говорила.

Леля обожала секс. В былые времена он воспринимался ею чуть ли не как смысл жизни. Сейчас же она секс ненавидела. Не вообще, а в частности. Частность — это Миша Упырь…

Он вбивал в нее свой вонючий клин, кряхтел, потел. Ей хотелось выть от ужаса — такое отвращение он вызывал. Но приходилось подыгрывать ему, стонать якобы от кайфа. Изображать верх наслаждения. И все из-за Валеры и Никиты. Она должна была выручить их. Только от нее зависит их жизнь.

Упырь кончил.