Брат, вспомни все!

И открыли бы огонь на поражение. Всех бы положили. А вот Седого можно было бы оставить, захватить его в качестве заложника. А дальше…

— А-а, — досадливо махнул он рукой. — Чего там говорить, прошляпили момент…

— Слушай, а чего этот дебил на тебя так смотрел?

— Дебил, говоришь? — усмехнулся Никита. — Откуда ты знаешь, что он дебил?

— Ну, я так сказал…

— А он на самом деле дебил. Умственное развитие на уровне первобытного человека. Неандерталец — я его раньше по-другому и не называл…

— Ты что, его знаешь?

— А ты не расслышал, как его называли?

— Ну, Гиря…

— А разве я не рассказывал тебе, как и почему мне память отшибло?

— Ну да, рассказывал.

— Он, гад. Или он случайно здесь. Или по мою душу…

— Как же он с зоны ушел?

— Это дело десятое… Нам сейчас надо думать, как самим отсюда слинять. Теперь мне покоя не будет. Потянет Гиря ко мне свои руки… Уходить надо…

Утром Никита был настроен решительно.

Чистильщики на следующее утро даже не стали заходить в барак. Они велели Никите и Валере вывести из него всех, кто там остался. А самих загнали обратно Закрыли за ними дверь. Им оставалось только одно — стучать в эту дверь кулаками. Но это акт отчаяния, а не силы…

* * *Гиря проснулся поздно, ближе к полудню. Он лежал на деревянном полу. Совершенно голый. Рядом с ним валялась какая-то баба. Тоже в чем мать родила.

Голова болит, во рту сушняк. И кости ломит. Только не грипп это. Похмелье. Гиря сел на лавку, обхватил голову руками. Глянул на бабу и застонал.

Вчерашнюю ночь он помнил обрывками. Застолье, потом завязка с Рыжиком, потом они куда-то шли. Бомжихи. Одну он забирает с собой. Миха великодушно предоставляет им свою баньку. Там они моются. И водку жрут. Он и бомжиха. Танька ее зовут, что ли… Танька сама почти всю бутылку выжрала. Все дырки свои под него подставила.

"Гиря глянул на Таньку. И его чуть не стошнило. Ну и образина. Как же он мог трахать ее?..

Дверь распахнулась. В баньку вошел Гренка. С бутылкой в руке.

— А-а, уже проснулся? — с подначкой хмыкнул он. — На вот тебе лекарство…

Гиря с жадностью припал к бутылке. И Танька вдруг очнулась.

— И мне! — протянула она к ней руку.

— А это тебе, жаба!

Гренка начал избивать ее ногами.

— Тварь, мля!.. Сука!..