Брат за брата

– Да тот, который я у тебя с прошлого раза оставил... Он под тумбой стола. А ну-ка, глянь...

Нагибаться и совать голову под стол он не стал. Потому как понял, про какой сюрприз говорит Данила-мастер. Мастер-подрывник. Не догадался Полунин сделать тщательный обыск в кабинете, не заглянули его люди под стол, не вытащили взрывное устройство. И сейчас оно рванет...

Но у него еще есть шанс унести ноги. До двери шагов десять, не больше. Бронированная дверь открыта. Добраться до нее и исчезнуть. И вся недолга.

Только не смог Полунин даже из-за стола выйти.

– Слишком громко ты молчишь, дядя... – донеслось из трубки.

Полунин понял: это последние слова, которые он слышит в этой жизни.

* * *Данила нажал на кнопку самодельного пульта дистанционного управления. Короткий мощный радиосигнал с легкостью прошел через пуленепробиваемое окно, коснулся антенны подрывного устройства.

Мощный взрыв вынес бронированные стекла вместе с рамой, стремительные клубы пламени выплеснулись наружу.

С Полуниным было покончено. И все потому, что он идиот вдвойне. Нарушил договор, это раз. И не обыскал свой кабинет после визита Данилы, это два. Теперь он покойник. И его можно не бояться.

Машина стояла на стоянке с включенным мотором. И едва прогремел взрыв, Данила плавно тронул ее с места.

Самая обыкновенная «копейка» у него. Семидесятых годов «жигуль». И неплохо сохранилась старушка.

На своем «БМВ» он разъезжать не мог. На него машина зарегистрирована, со всеми вытекающими из этого последствиями. Тормознул бы его мент на дороге, к чему-нибудь достебался бы. А его напарник тем временем тому же Полунину стук-стук – мол, задержали мы вашего дружка. Менты бы Данилу отпустили, да только далеко бы он не уехал. Нагнал бы его джип с автоматчиками. И оставили бы от него кучу простреленного мяса и перебитых костей.

С Полуниным теперь покончено. Больше Данилу никто искать не будет. Но какое-то время он еще покатается на этой «копейке». Тем более этот «жигулек» – его собственность, по доверенности на нем ездит. А «БМВ» до поры до времени в надежном месте спрятан.

С чувством исполненного долга Данила выехал из города, добрался до своего родного села. Вот и его дом. Ни о чем не беспокоясь, он остановился возле ворот.