Блаженно откидываю голову назад. Смотрю на чарующую темноту звездного неба. Ни шороха, ни звука. Так тихо, что в ушах звенит. Я словно бы обнуляюсь. И даже мысль о том, что я здесь, на одной территории с Алексом, в Богом забытом месте, не кажется теперь такой пугающей и раздражающей…
Не знаю, что в этот момент заставляет меня резко посмотреть в черноту леса. Какой-то внутренний голос или интуиция.
Я резко перевожу глаза на зыбкую тьму и слышу, как там, в гуще, хрустит ветка. Словно бы кто-то наступил на нее.
Замираю. Галлюцинация? Игра разума?
Лоб покрывается нервной испариной.
Моргаю несколько раз, потому что тут же вижу, словно бы в самой темноте загорается искра. Такая, какая бывает от прикуренной сигареты.
Становится страшно…
Я автоматически подбираюсь. Сердце начинает истошно стучать…
Удовольствие от купания в одиночестве как рукой сняло…
Когда понимаю, что страх или паранойя, в моем случае не совсем понятно, что именно это за чувство, только усиливается, я торопливо выбираюсь из чана и бегу внутрь, закрывая за собой раздвижные стеклянные двери.
И только здесь, в мнимой безопасности дома, при ярко горящем свете, торопливо натягивая на себя совершенно незнакомую мне одежду, отчетливо ощущаю себя в настоящей ловушке…
Вздрагиваю, когда слышу, как во входную дверь громко стучат.
Глава 23
Глава 23
Сердце готово вырваться из груди. Так страшно, что задыхаюсь. И вроде бы головой понимаю, что меня не съедят, а все равно…
На негнущихся ногах подхожу к двери.
-Кто там?-голос звучит жалко и смазанно.
-Дана, Это Николай. Катя прислала. Все у вас нормально?
Выдыхаю, распахивая дверь. Скорее чтобы убедиться, что это он. Да, дурацкий ход мыслей, и тем не менее…
-Спасибо, все хорошо.
-Она сказала, у Вас болела голова. Это потому, что Вы голодная. Пойдемте-поедим,- почти не смотрит на меня. Все больше в пол.
-Я… Ах, да… -отвечаю я растерянно. Он прав. Надо поесть. Только сейчас почувствовала, как же сосет под ложечкой.
Да и как-то страшно теперь оставаться здесь, один на один с дремучим лесом в спутниках.
Накидываю на себя просторную парку с огромным капюшоном, украшенным мехом. И правда, я словно бы тону в ее тепле и объеме.
Мы выходим наружу. Снег под ногами хрустит- должно быть, к вечеру ударил мороз. Наверное, Каренин был прав, что ехать сейчас не безопасно. С учетом того, что еще с утра здесь развелзо дорогу от потепления, все, должно быть, покрыто льдом.
