— Ну не грусти, малыш, — забылся на время Марк и назвал меня своим любимым прозвищем. — Всё образуется. Наладится. Но тебе тоже лучше уволиться.
— Я понимаю, но я не могу по условиям договора, — сокрушенно покачала я головой."
"— Я знаю про неустойку, — сказал Марк и постучал карандашом по столу. — Не думай об этом. Кое-какие накопления у меня есть, я внесу их за тебя. А потом… вместе найдём что-нибудь. Разве не прекрасно, что я могу тебе помочь? Надо было сразу сказать мне, какой он свинтус. Все прекрасно знают, какой он потаскун.
Я потому и старался быть ближе к тебе, чтобы не дать ему возможности творить эту дичь. Всё ради тебя, ты же знаешь, Ангел мой.
Он протянул руку и сжал мою безвольную ладонь на столе. Я напряглась, но не стала так резко её забирать. Не хотелось обижать Марка, который только что лишился работы из-за меня. Но что же делать? Принимать его помощь я всё равно не буду.
— Спасибо, — всё же осторожно высвободила свою ладонь. — Не переживай, у меня тоже отложено на черный день… С папой.
Я разберусь.
Вру, а что делать? Марк вглядывался в меня несколько секунд. Потом сменил тему разговора.
— Ладно, отложим это пока. Ты завтра не приходи. Возьми больничный, отдохни.
— А как же командировка? — спросила я.
— Я поеду вместо тебя. Я знаю тоже английский, забыла? И являюсь замом пока ещё. Вадим останется, а ты оформи больничный. Дам тебе контакт нашего терапевта, классная тётка. Вот.
Он записал цифры из телефонной книги и протянул мне листок.
— У тебя полис оформлен уже от нашей страховой компании?
— Да.
— Ну вот и иди. Клиника частная, врачи хорошие.
— Ладно, — сказала я, забирая лист из его пальцев. — Схожу.
Убрала номер телефона в карман пиджака и встала на ноги.
— Спасибо тебе, Марк. Я понимаю, ты от меня другой благодарности ждал, но я благодарю тебя совершенно искренне. И мне очень жаль, что тебе теперь тоже придётся уйти.
— Лин, — поджал губы Марк. — Ты же знаешь, что я бы в любом случае бы впрягся за тебя. Ты мне что предложила бы — сидеть и смотреть, как этот урод над тобой издевается? Я не смог бы не реагировать.
Даже ценой своей работы. Твоё счастье для меня важнее собственного.
Больно или приятно слышать такие слова? Когда ты любишь мужчину — приятно. Но мне только больно. Почему? Почему я ничего не чувствую к нему, как ни старалась полюбить? Зато мерзавец Марат не выходит из головы… Жизнь слишком ко мне несправедлива, а красота — самый настоящий крест вместо счастья.
— Хорошего вечера, Марк. И ещё раз спасибо.
