— Не хотел поднимать сейчас эту тему.
— Может, у тебя две семьи, и поэтому скрывал, пока я сама не услышала? — кидала Лиля обвинениями.
Да, конечно, если бы она скрывала ребёнка от меня, меня бы тоже навело это на подобные мысли… И отчасти она права. Задумчиво постучал пальцами по столешнице письменного стола.
— Нет, просто посчитал этот разговор сейчас неуместным, вот и всё, — хмуро ответил я ей.
— И что дальше? — Закусила она губу, выжидательно глядя на меня.
— Буду заниматься ребёнком. Участвовать в её воспитании, содержать девочку и её мать.
— И её мать? — повторила за мной жена. — Не понимаю. Зачем тебе содержать ещё и эту женщину? Она больна?
— Нет.
— Тогда зачем, Марат?"
"— Потому что она мать моего ребёнка, и я хочу, чтобы обе они имели комфортные условия для жизни. — Старался говорить ровно и спокойно, но этот допрос с пристрастием начал раздражать. Особенно когда Лиля попадала в яблочко.
— Ну она же не ребёнок! Работает, наверное, — выразила недовольство Лиля. — Зачем тебе обеспечивать ещё и здоровую кобылицу?
— А я не понимаю, в чём у тебя тут вопросы? И тебя бы я обеспечивал точно так же, и ребёнка.
— Да, но только я не могу родить, и поэтому ты обеспечивать собрался её!
— Лиля, — предупреждающе рыкнул я.
Она закрыла лицо руками и заплакала.
— Ты… ты уйдешь. Ты теперь уйдёшь…
Господи, как по сердцу ножом… Подошёл к ней и присел рядом, убрал её руки от лица, чтобы посмотреть ей в глаза.
— Не говори глупости. И не ревнуй, — сказал я Лилии.
— Дело не в том, что ты… Что у нас есть некоторые сложности. Дело в том, что этот ребёнок уже существует, и я хочу помогать дочери. Это правильно. Это моё прошлое, Лиль. Ты прекрасно понимаешь, что до встречи с тобой я не жил монахом. У каждого есть прошлое.
— Ты её любил? — спросила она, всхлипывая. — Мать девочки.
— Почему ты спрашиваешь?
— Раз у вас даже дочь родилась. Значит, любил.
— Ну, наверное, любил, — пожал я плечами. — Но теперь это в прошлом. А ребёнок навсегда, ты же понимаешь.
Почему не помочь, если я могу обеспечить девочке хорошую жизнь, питание, дать образование?
Чувствую, как мне аукнутся однажды эти слова, но сейчас у меня просто язык не повернётся сказать, что да, кажется, люблю её. Даже эти две недели я был сам не свой, физически тут, а мыслями в России… И я уже не смогу не думать о Лине. Просто не смогу. Но сказать это всё прямо сейчас ей в глаза?
— И ездить, как ты догадалась, домой я теперь буду чаще.
