Хотя, в общем-то, работать ты умеешь…
– Я же не виноват, что у Фирсана такие аппетиты.
– У тебя тоже аппетиты хорошие. И нахапал ты достаточно. Знаешь, за какую цену нам контрольный пакет достался? Если в общем все считать, то за пятьдесят миллионов долларов. Много это или мало? Кто-то считает, что мало. А я считаю, что очень много. Пятьдесят миллионов – это только начало. Одних только долгов на полтора миллиарда, и то лишь по предварительным расчетам. Если глубже копнуть, то на все два лярда наберется. Кто с долгами разбираться будет? Мне придется все расхлебывать.
А инвестиции в развитие производства? На дуговые сталеплавильные печи переходить надо. И доменное производство сохраним, и электросталеплавильное организуем. Дополнительный комплекс непрерывной разливки стали уже сейчас нужен… А откуда деньги брать? Опять же, своя сырьевая база нужна. Горно-обогатительные комбинаты под себя брать, железорудные, коксохимические. Своих же поставщиков и приобретем. Их сейчас за копейки взять можно, но так их тоже из пепла поднимать надо.
Иначе нам эффективности не добиться. А это миллионы, если не миллиарды… А где деньги, Зин?
– Ну, надо думать…
– Надо думать, – кивнул Семен. – Всем надо думать. Ты же тоже акционер, Даниил Георгиевич. Сколько у тебя акций, семь процентов?
– Восемь. Почти восемь…
– И у Фирсана что-то около двадцати. Но с Фирсаном мы разберемся. А сейчас ты мне за долги ответить должен. За долги, которые на меня лягут. А ответишь ты деньгами, которые наворовал. Вернешь в кассу двадцать пять миллионов долларов.
– Сколько?!
Судя по тому, как дернулся Быков, кресло под ним превратилось вдруг в электрический стул.
– Двадцать пять миллионов долларов, – немигающе смотрел на него Семен. – Живыми деньгами. Чтобы можно было расплатиться с рабочими. Тогда можешь спокойно работать дальше.
– А если нет?
– Тогда потеряешь все. Кресла своего лишишься, останешься без акций. А потом у тебя отберут и свободу. Этап будет, зона, карантинный барак, где тебя отпетушат в первую же ночь.
Я знаю, что такое зона – сам в свое время за зоной смотрел. Поверь, гнойный пидор – это хуже смерти. Сам в петлю полезешь.
– Э-э… я должен подумать… – в страхе посмотрел на Семена директор.
– Думай, Даниил Георгиевич, думай. Голова у тебя большая, мыслей в ней много, запутаться в них можно. Если к Фирсану за помощью обратишься – значит, считай, запутался. Фирсан для тебя – тупиковое решение. Лучше сразу застрелиться. Я предлагаю тебе реальный выход.
