Павел только сейчас вспомнил, что не знает, куда делся второй номер шустрого пулеметчика.
– Так убили его. Еще вчера, – пристраивая «Дегтярев» на бруствере, грустно ответил Гриша. – Осколком в голову. Я еще вас просил задержаться, чтобы похоронить земляка. А вы спешили, товарищ старший лейтенант. Отказали мне. Вот…
– Стрелять не вздумай, – перебил его Карелин. – Минами засыпят, а у нашего «фердинанда» крыша брезентовая.
– Нет, это я так, на всякий случай.
Машины Сани Зацепина и Зиновия Жердева, прячась за издырявленными вагонами, вели огонь по платформам, превращенным в укрепление.
Толку получалось мало. Снаряды пробивали тонкий металл и вязли в мешках с песком. Обе самоходки выручали своего командира, но сами крепко рисковали.
В их сторону вел огонь из укрытия немецкий танк «Т-4» и сыпались мины. «Тридцатьчетверки», потеряв еще одну машину, отошли и посылали снаряды из-за насыпи. Пригибаясь, добежали до воронки капитан Бобич с ординарцем и человек двенадцать десантников.
– Тюльков к вам на подмогу направил, – с трудом отдышавшись от быстрого бега, сказал командир роты. – Тяжко тут?
– Пока живы. Лишь бы мины швырять не начали. Зацепин с Жердевым на себя огонь отвлекают.
– А чем так пахнет? – понюхал воздух бывший студент Саша Бобич.
– Глаза разуй! Вон ребята на шпалах горят.
– Извини, – закашлялся капитан. – Контузило миной, в башке гудит. И дыма от взрывчатки наглотался.
Карелин понимал, что немцы не потерпят присутствия менее чем в трехстах метрах трех русских самоходок и группы десантников. Среди вывороченных рельсов и разбитых вагонов скапливалась пехота. В любой момент можно было ожидать продолжения атаки.
– Алесь, сумеем выползти из воронки? – спросил старший лейтенант механика-водителя.
– Сумеем. Только куда выползать? Нас в момент сожгут. Глянь, что творится.
Немцы, не жалея снарядов, долбили вагон, за которым укрылись самоходки Зацепина и Жердева.
Пока эти два экипажа спасал сплошь избитый вагон, наполненный мешками с песком. Но взрывы ломали стойки, разбрасывали обрывки мешков. Через четверть часа стенки вагона и остатки песка перестанут быть защитой.
Мины поднимали фонтаны щебня и земли между машинами. Достаточно одного попадания 80-миллиметровой мины в открытую рубку, чтобы накрыть командира, наводчика и заряжающего.
