Раньше договаривались ехать от Троицка до Уфы, теперь переиграли.
– Выезжай. Оружие возьми. Что у тебя со службой?
– Неделя отпуска за свой счет.
– Нормально. Наши ребята выезжают следом. На «Газели». Имей в виду. В случае чего, подстрахуй. И себя береги, соблюдай осторожность. Похоже, они сильно насторожены. У нас Алферов пропал. Будет возможность, наведи справки.
– Понятно.
– Счастливо.
Вот и начала прорисовываться сложившаяся ситуация. Естественно, что Саид, если узнал о том, что какой-то Виктор Сергеевич Гагарин плотно ведет его машину с ценным грузом, решил и от самого господина Гагарина избавиться, и на всякий случай подкорректировать план, внеся в него элемент неожиданности.
Предварительно героин находился в специально изготовленном контейнере, сам контейнер был зафальцован в бочку для бензина. Но долго пользоваться одним и тем же приспособлением было просто опасно. И потому на границе Киргизии и Казахстана на перевалочной базе наркотики перекочевали в специальный поддон в кузове сорокатонного «КамАЗа».
В Челябинске они должны были перекочевать в новое жилище – искусно сделанный тайник в автомобильном контейнере – и таким уже образом добраться до Прибалтики. Несмотря на перемену плана, автомобильный контейнер Саид все же решил использовать. Доктор Смерть уверен, что сейчас машина с автобазы идет в сторону узловой станции Карталы. Очевидно, это был запасной вариант. Как правило, Саид пользовался своими проверенными базами при смене машины и перегрузке товара. В Челябинске эта база была известна.
О базе в Карталах резидент Интерпола не слышал. Значит, ее следует найти. Не будет же Саид перегружать наркотики на открытой дороге, где любой случайный ментовский пост на колесах может сорвать всю хорошо спланированную операцию.
2"
"Время неумолимо шло, а вестей с дороги в Казахстане все не поступало. Несколько раз Виктор Юрьевич брал в руки трубку сотового телефона, но, помедлив, откладывал. Наконец стало понятно, что ждать уже нельзя. И он решительно набрал номер.
Долгие длинные гудки казались тревожными, хотя он отлично знал, что они всегда одинаково бесстрастные и никакие человеческие эмоции не в состоянии изменить их звучание.
.
– Алло! Слушаю вас, – ответил наконец незнакомый голос с явным азиатским акцентом.
– С кем я говорю? – спросил Доктор.
– Инспектор дорожной службы прапорщик Джумбабаев. Что вы хотели?
– Я хотел бы поговорить с владельцем телефонной трубки… – понимая уже, что на дороге что-то произошло, сказал Виктор Юрьевич.
