– Он этого не учел – усмехнулся я и, подняв лицо к далекой синей полоске неба, прокричал – Гравитал давно низвергнут! И не только он! Много богов уже пало и были низвергнуты в Тантариалл! Так что… если хочешь вознаградить нас чем-нибудь полезным, о Акмэр Справедливый, то пусть дары твои не будут связаны с богами!
Закончив вопить – в это время товарищи делили добычу – я пожал плечами и поинтересовался, одновременно выводя на экран таблицу со статами персонажа:
– Убегаем или воюем? Тварей рядом нет…
– Может и вышли мы из зоны вражеской телепортации – поддержал меня алхимик, но тут же сменил точку зрения – Но убить бы еще пяток монстров из этого ногастого сервиза… Очень уж много опыта за них дают.
И кроме кишок много полезного падает…
– Голосуем – предложил я, не желая сейчас быть лидером – Кто за битву?
Руки подняли все кроме Дока и меня. Пожав плечами, я поднял и свою, сокрушенно признав:
– Нам надо быстро расти и богатеть, камрады.
– Черт его знает, чего ожидать на той стороне оврага – прорычал Бом – А если там бизоны сотого уровня? Что тогда? Обратно в эту яму прыгать? Не бойся, Док! Ты справишься!
– Легко тебе говорить – пробормотал Док и ткнул пальцем в Орбита – У него до сих пор ожоги не зажили. Здешние негативные эффекты длятся слишком долго. Не игра, а грустный и болючий реал! Хочу работать в прежних условиях! А на этот беспредел я не подписывался! Чувствую себя врачующим спартанцев римским гладиатором!
– Почему? – удивился Храбр.
– Что почему? Спартанцы были наикрутейшими…
– Да нет, про спартанцев я знаю. Но почему они – спартанцы, а ты лечащих их римский гладиатор?
– А с ними как со львами! И как с вами! – ловко, но не слишком понятно парировал Док и победно упер руки в бока – Ну что? Двинулись подыхать?
– А двинулись – улыбнулся я, стирая грязь с лица, вернее размазывая ее сильнее.
Шагнувший ко мне Орбит со шлепком влепил мне пощечину. То есть не пощечину, а «грязевину» – шлепнув мне на чуть посветлевшую щеку нехилый кусок полужидкой грязи. Не успел я возмутиться, как эльф такой же ком шлепнул себе на макушку, отбежал шагов на пять, после чего упал и принялся кататься, то и дело ударяя лицом в подернутые розоватой пленкой слизью лужи.
