Если страховочная бумаженция существует – менты в первую голову за бывшего вояку возьмутся. А через него в два счета и до нас доберутся...
– Верняк! – нетерпеливо вмешался Киса. – Кончать надо обоих, чтоб разом все концы отрубить! Оказывается, Цыпленок, у тебя есть «масло» в «чайнике»! Не пригорело, как Михалыч говорит!
Поразмыслив немного, я был вынужден скрепя сердце признать безусловную правоту подручных. Но лишаться Александра мне было совсем не в кайф. Даже ради сохранения одиннадцати зеленых «штук».
– Ладушки! – поспешил я закончить дискуссию, вошедшую в весьма опасное для майора русло. – Я сам все обдумаю и приму наиболее оптимальное решение. Возможно, если купить у Пустовита салон и перепрофилировать его в питейную забегаловку, то сделка себя окупит... Короче, лично пораскину мозгами на досуге. Петрович, угости-ка нас пивком из холодильника. Мальчикам сейчас полезно охолонуть децал. Все важные решения, как говорил самый крутой «мокрушник» двадцатых годов Дзержинский, надо принимать на холодную голову! Чтоб руки были чистыми!
Ребята явно остались недовольны таким неожиданным завершением нашего оперативного совещания, но дисциплинированно смолчали, отлично зная, что спорить со мною – дохлый номер.
Сизифов труд то бишь.
Но чешское баночное пиво «вприкуску» с длинными папиросами из Кисиного портсигара быстро развеяли в кабинете флюиды оппозиционного напряга, установив атмосферу непринужденности и благодушного довольства всем и вся.
К вечеру в мою голову лениво забрела одна идейка, связанная с гуманитарной помощью и научной организацией труда подчиненных.
– Слышь, Петрович! Ксюша нынче здесь отлично и одна управится. А тебе явно нечем заняться, и с нами не куришь! Смотайся-ка на Балтым, проверь, как там друг Могильщик поживает. Привет пламенный передашь и продукты питания. Наш долг заботиться о ближних, как учит Святое писание! Или ты нехристь среди нас затесался?
– Что ты, Евген! – забеспокоился о своем имидже старикан, поспешно выуживая из-за ворота водолазки нательный алюминиевый крестик.
– Я с детства православный! Крестила меня мамаша – вот вещественное доказательство! А как к Могильщику добираться? Он в деревне обретается?
– Нет. Вадим в лесу живет анахоретом, грехи замаливает вдали от шума городского и винных магазинов. Первое в России кладбище собачье охраняет. Я тебе план сейчас набросаю в блокноте.
– На погост посылаешь? – даже отшатнулся в непонятном испуге Петрович.
