Если хотя б на время отбросить плотную завесу мистики и суеверий, став скучным материалистом, то та история, приключившаяся с Петровичем, приобретает вполне реальный и понятный смысл. Конечно, то были не мертвецы, а живые люди, одетые в саваны. Да и женщина не покойницей являлась, а просто без сознания была. Хотя ее из могилы ведь вынули... Впрочем, могила могла играть роль схрона, где женщину держали до момента чудовищного по жестокости ритуального жертвоприношения, после которого сбрасывают трупы, видно, в Исеть. Река-то ведь как раз рядом с городским кладбищем протекает! И длятся эти ритуальные убийства примерно два десятка лет.
.. В натуре – гора трупов! Сторож кладбища, весьма вероятно, тоже в этом замешан. И чего они тогда Петровича не добили? Странная беспечность. Впрочем, сектанты эти шизанутые, исключительно только женщин приговаривают, да и сочли Петровича пьяным в стельку. Он же пивом изрядно накачался – разило, по ходу, как из медвытрезвителя в день получки! Да и уважаемая госпожа Звездина под таким материалистическим углом зрения сильнейшие подозрения вызывает.
Конечно, может, она просто ясновидящая и экстрасенс, но просветить ее на ржавость явно не помешает..."
"– Вот что, ребята! – подвел я итог размышлизмам, с силой вдавив окурок в пепельницу. – Быстренько организуйте две группы круглосуточного наружного наблюдения. Одна пусть пасет за сторожем городского кладбища и часовней, а другая за Маргаритой Соломоновной Звездиной. Обо всех малейших движениях подозреваемых сообщать мне моментально!
– Как? – восхитился Киса, блестя черными смородинами глаз.
– Ты уже вычислил, кто девок наших ворует? Не голова у тебя, Михалыч, а натуральный арифмометр!
– Надо говорить – компьютер, – скромно поправил я верного соратника. – Арифмометр в современном мире давно уже анахронизмом является. Цыпа, отвези домой. Хочу в латинском словаре слегка покопаться.
К латыни, кстати, я с детства неравнодушен. Знаю несколько десятков афоризмов на этом мертвом языке. Поэтому, вооружившись дома словарем, довольно быстро сумел перевести интересующие меня слова.
Их оказалось четыре: пэр мори ад астра. В дословном переводе они звучали несколько мрачновато: через смерть – к звезде...
Глава 5
У Вадима, к моему искреннему облегчению, все пока катило в елочку. Я с Цыпой заявился в «Приют для друга» не с ревизией, а просто с дружеским визитом. Чтобы тому были наглядные доказательства, багажник «девятки» ломился от коробок с импортными консервами и копчено-вяленых деликатесов.
