Под мостом не вода ждала, а грозно торчавшие крупные валуны, заросшие мхом.
От места рискованной высадки до деревни было рукой подать – километр всего. Прошел его беглец не таясь, прямо по обочине дороги. Во-первых, сбил он ноги о лесные колдобины и овраги, а во-вторых, риск был минимальный – время приближалось уже где-то к трем часам ночи. В эту пору даже дворовые собаки дрыхнут без задних лап в своих конурах.
Лишь одна какая-то старая псина, видно, страдавшая бессонницей, лениво побрехала вослед неясной человеческой тени.
Но, не получив голосистой поддержки от хвостато-клыкастых сородичей, разочарованно умолкла.
Василий, миновав свою заколоченную избушку на околице деревни, направился к дому брата. Невольно замедлил шаги, занятый мыслью, как его неожиданное появление воспримет Михаил. Характер у него взбалмошный. Основательно пожег себе нервишки, как; и все, кто принимал участие в «спецоперациях» спецназа.
Во двор зашел без опаски – собаку они сроду не держали, считая ее совершенно неоправданной роскошью.
Какой дурак сунется к двум амбалистым мужикам? А когда малолетками были, у них красть нечего было.
За цветастой штапелевой занавеской бокового окна теплился свет. Василий слегка побарабанил подушечками пальцев по оконному стеклу и отступил в тень – страхуясь, если на стук выглянет кто-то чужой.
Занавеска отдернулась, и показалось бледное, осунувшееся лицо Тамары. Хворает, что ль?
Вглядевшись в приблизившуюся темную фигуру, жена брата прикрыла себе рот ладонью, явно сдерживая рвавшийся на волю возглас испуганного изумления.
Через пять минут ночной гость уже сидел напротив брата в просторной горнице. Тамара поспешно собирала на стол, а Михаил, тяжело уперев локти в дубовый стол, хмуро разглядывал «младшого». Если и был рад встрече, то ничем этого не выдал."
"– В бегах, значит... – Михаил со вздохом отвел взгляд от своего живого отражения, прикидывая в уме нежданные и неприятные расходы. – Паспорт, конечно, дам. О его потере в ментовку заявлю месяца через два-три.
Успеешь за это время новой ксивой обзавестись. С одежкой тоже без проблем. А с деньгами худо совсем. И занять не у кого. Зарплату в колхозе уж пять месяцев не выдавали. Тысяч триста наскребу, не боле. Ты уж не обессудь, младшой.
«Жлоб! – убежденно подумал Василий, кося мрачным взглядом на ящик водки, стоявший у стены. – Денег, говорит, нет! А сам водяру ящиками покупает!»
– Выпить хочешь? – неправильно истолковал Михаил внимание брата к ящику.
