Защищая живот, он по-глупому открыл шею, и я не преминул этим воспользоваться. Короткий скользящий удар ребром ладони, и атакующий, хватая ртом воздух, повалился кулем на землю.
Второй нападавший, не рискуя вступать в ближний бой, пнул меня в пах – подлейший прием, которым я никогда не пользовался. Невыносимо резкая боль скрючила меня пополам, и, получив новый удар ногой, теперь уже в голову, я упал.
«Все», – неожиданно равнодушно подумалось мне. Сил сопротивляться и даже кричать уже не осталось.
– Ша! Кончай свару! – внезапно вмешался гитарист.
– Помогите ему встать!
Явно неохотно ребята повиновались.
Меня, грубо залапав, усадили на скамью.
– Займитесь Дантистом!
Дантист, невысокого роста кряжистый парень с калмыцки раскосыми глазами, сидел на земле и обеими руками старательно растирал себе шею. Ему помогли принять вертикальное положение.
– У-у! Падла! – прохрипел-просипел Дантист.
В руке он сжимал тяжелый медный кастет.
– Убери, идиот! – скользнул по нему пренебрежительным взглядом гитарист.
Дантист сразу как-то весь съежился, обмяк. Кастет скользнул в карман.
– Так-то лучше. Сбегай-ка в гастроном за водярой. Тяжкий грех не вспрыснуть такое славное знакомство с современным Гераклом!
Дантист, вмиг повеселев, ушел.
– Давай знакомиться. Жора, по прозвищу Артист! – протянул руку гитарист.
– Евгений, по прозвищу Женя! – я улыбнулся и искренне ответил на рукопожатие, понимая, что если бы не он, то не миновать мне вынужденного отдыха в травматологической клинике. – Выношу благодарность Жоре за своевременное вмешательство от имени и по поручению моей школы и любящей семьи!
Артист захохотал, обнажив крупные лошадиные зубы.
Видя это, засмеялись и остальные ребята. Больше всех старался в усердии Серый, чей хохот мощными раскатами разносился под деревьями, почти покрывая и подавляя все другие звуки.
– Сергей. Можно попросту – Серый, – представился он и, явно дурачась, поклонился.
– А это братья Бобровы, – небрежно кивнул Артист на двоих очень похожих ребят, с широко распахнутыми, словно постоянно чему-то удивляющимися, карими глазами.
Появился Дантист. Из карманов брюк у него торчали два зеленых бутылочных горлышка. Встретили Дантиста, а вернее его алкогольную ношу, коротким троекратным «ура!».
Откупоренные бутылки пошли путешествовать по кругу.
– Глотни, Джонни! – протянул мне водку Артист."
"Чтобы не оказаться мишенью всеобщих насмешек, я не отказался. Вскоре бутылки, уже пустые, валялись в кустах акации.
