Бремя колокольчиков (СИ)

Особенно много было девушек и женщин разного возраста, но не мало и богоискателей мужского пола, особенно из молодых. Одним из них был и собеседник Глеба семинарист Андрей, с которым он как-то сразу сблизился.

   -  Знаешь, я понимаю, что скоро время исповедническое настанет, отец Иосиф прямо не говорит, но по всему понятно... Я и в семинарию пошел, понимая, что тяжело крест священника в такое время вынести, но надо Господу послужить... Конечно, правильнее монашество, но я не могу со страстями справиться по гордыне своей.

.. Мне уже выпускаться в этом году, а там и рукополагаться, как понимаешь... Ну, в общем, уговорил я отца Иосифа невесту мне благословить, хоть он и сильно против был. Он вообще своих чад очень редко на брак благословляет. У него такое правило: если девушка с парнем сблизились хоть немного - то год не должны встречаться, даже в храме друг к другу не подходить, а уж через год батюшка начинает с ними беседовать о возможном браке.

   -  Ты что?! - замахал руками Андрей, - это вообще! Такое нечестие! Батюшка этого вообще не терпит! Выгоняет от себя или, если хотят остаться, запрещает и думать о браке! Потому как брак прежде всего - воздержание!

Уже тогда у молодого священника впервые возникли какие-то сомнения, которые он поторопился поскорее прогнать. Отец Иосиф -известный подвижник! Глебу ли его судить?

Однажды отец Глеб шел по храму в алтарь, раздавал благословения.

Одна девушка с клироса стояла почти в притворе.

   -  Бог благословит! А что вы петь не идете?

   -  Поссорились что ли с регентом?

   -  Нет... - покраснела девушка, - у меня епитимья...

Молодой священник был удивлен и решил спросить у Андрея, который разжигал кадило в алтаре, не знает ли он, что случилось. Тот ухмыльнулся.

   -  Знаешь, батюшка ведь своих чад только сам исповедует... Клирос - дело святое! А в наказание за грехи он нередко лишает права петь на клиросе.

   -  Да я ее спросил, не ругалась она вроде...

   -  Ну, я, конечно, не такой спец по женским грехам... Но так же получается, что все знают, за что он их наказывает, а как же тайна исповеди?

   -  Ну, точно-то не знают, - ответил семинарист, - но это ж на пользу, для спасения! Прям даже странно, что ты этого сам не понимаешь...

Отец Глеб устыдился. И правда, пришел смотреть и учиться у опытного, а сам рассуждает.