Бремя колокольчиков (СИ)

Протодьякон владыки, как выяснилось, был отправлен в Кремль на патриаршую службу, но отец Николай, столько лет бывший архиерейским дьяконом, отлично справлялся, зная особенности богослужения до тонкостей.

Пока шла служба, Владыка всё косился на молодого алтарника, паренька лет восемнадцати, и, когда один из приглашённых священников читал проповедь , подозвал его к себе.

   -  Чем занимаетесь, молодой человек?

   -  Учусь в богословском на историческом факультете.

   -  В Тихоновском , наверное? Историей, стало быть увлекаетесь? Ну что ж, похвально! А дальше кем собираетесь стать?

   -  Пока ещё не решил.

   -  Что ж, надо определяться как-то уже... А девушка есть? Жениться собираетесь?

   -  И правильно! Не надо с этим торопиться... Вы ко мне загляните - я постараюсь найти вам послушание. Ну, и по истории у меня литературы много... Я вам телефончик оставлю секретаря, отца Афанасия. Он батюшка добрый - через него надёжно, - сказал епископ поглаживая плечи потупившегося студента.

Глеб с Вячеславом переглянулись и тоже опустили взгляд...

   -  Отче, помоги потребить - совсем загибаюсь, - подошёл к Глебу в конце службы бледный дьякон Аркадий.

   -  Ладно, живи - одну чашу потреблю.

   -  Спасибо! Я-то с настоятелем уже договорился. А другую - Николай потребит, как обычно.

   -  Так, отцы! Все выходим на многолетие и поздравление! - скомандовал настоятель после возгласа, - Глеб! Можешь остаться в алтаре - потреблять.

Глеб остался в алтаре один, даже алтарники вышли. Из открытых царских врат доносился пафосно-величавый голос архиерея:

-...и, вот, дорогие мои! Господь выделил нашу Русскую землю, среди других! Сама Матерь Божия возлюбила её! Сколько подвижников, угодников Божиих взрастила наша матушка Святая Русь! И мы должны стараться хранить в себе этот благодатный огонь, переданный нашими предками, нам, недостойным! Не поддаваться на соблазны, которые в обилии льются на нас от народов, забывших свою веру, свои христианские корни, уклонившихся от истины и впадших во многие скверные грехи, и теперь навязывающих нашей Святой Руси свои заблуждения и скверны.

Отец Глеб продолжал потреблять чашу у жертвенника и неожиданно ощутил сзади чьё-то дыхание...