Бремя колокольчиков (СИ)

   -  Вперёд! В магазин!

   -  Нет! Вперёд! Я за бутылкой - и домой! - отец Вячеслав и впрямь начал быстро, хоть и пошатываясь, переодеваться.

   -  Его не остановишь... Пойдём, и мы умрём с ним! - согласился Николай.

На улице оказалось, что отец Вячеслав идти совсем не может. Пришлось отцам взять его под руки с двух сторон.

   -  Бать, может сразу тебе тачку поймаем? - предложил Николай.

   -  Ну что с тобой поделаешь? Ногами двигай только, а то повис совсем...

В магазине к едва переставляющему ноги отцу Вячеславу подлетела

какая-то накрашенная и порядком подвыпившая бабища.

   -  Батюшка! Родненький! Куда ты делся? Пойдём к нам! - и начала, отпихивая Николая, тянуть отца Вячеслава за рукав.

Ничего прям уж удивительного в этом не было. Отца Вячеслава знал весь район. Служил он здесь уже лет пятнадцать. Ходил безотказно по всем требам. Денег брал - сколько дают, но никогда не просил, а у совсем бедных и не брал вовсе. Где-то после домашних крестин или освящения жилья мог и зависнуть по серьёзному, с ночёвкой.

Бабища отставать не хотела и на улице. Все призывы отвалить, она пропускала мимо ушей и голосила:

   -  Пойдём, батюшка! Не отпущу тебя!

Так, вчетвером, они подошли к дороге.

   -  Держи его! - скомандовал протодьякон Глебу и стал голосовать. Машина остановилась. Баба заорала: «Не пущу!» и дёрнула едва стоявшего на ногах Вячеслава. Глеб не удержал его, и тот повалился прямо на машину. Выскочил водитель.

   -  Вы чо? 0*уели? Он мне машину поцарапал!

   -  Успокойся мужик! Всё нормально! Ничё он тебе не поцарапал! Ты давай не борзей, а то я тя сам поцарапаю! - ответил Николай, пока Глеб с бабищей поднимали Вячеслава.

   -  Ну да! Буду я такую пьянь забирать!

   -  Как ты разговариваешь! Это - батюшка! - заорала баба.

   -  Да мне хоть чёрт! Отошли от машины моей!

Стало ясно: если не отделаться от бабищи - ничего не получится. Николай наклонился к ней и что-то прошептал на ухо.

Остановилась ещё одна машина. Г леб договорился с шофёром и заплатил вперёд.

   -  Давай, Бодхисаттва! До завтра! - захлопывая дверь, попрощался Николай.

   -  Коль! Ты чо бабе-то сказал, что она свалила так?

   -  А я никуда не поеду, пока не скажешь! Говори, давай!

На вечерню отец Глеб прибежал с опозданием. Задержался на требах. По дороге всё думал, что хорошо бы поменяться.