— Кать, совесть имей. Я тебе глаза не завязывал."
"— А это в качестве компенсации за моральный ущерб, — прошептала невидимая мстительница Тимуру на ухо и прикусила мочку.
Пленник не собирался сдаваться и начал обследовать наручники. Вот вырвется сейчас и устроит наглой девчонке БДСМ-сессию по ее жаждущей приключений попе. Увы, наручники, несмотря на меховую обшивку, оказались абсолютно реальными. То есть волшебного рычажка, который положен всем секс-шоповским моделям, не имел.
— А вторая твоя подруга в полиции работает? — обреченно поинтересовался Тим.
— Ты про наручники? — отвлеклась Котя от своего занятия массажем ступней, сопряженного с посасыванием пальцев. Который здорово отвлекал от борьбы за независимость. — Не, это я для одной охранной фирмы планировала рекламку, в смысле, рекламную кампанию, вот и обратилась по старой памяти. Они по старой памяти дали. Сказали даже, что у них и кроме наручников кое-что есть. И я могу смело на него рассчитывать.
Отвесить шутнице подзатыльник мешали все те же наручники.
И Котя вернулась к своему предыдущему занятию. Вряд ли ее движения можно было назвать профессиональными, но они в них была какая-то ритмика, которая медленно, но верно вводила Тимура в транс.
— Коть, сними повязку, а? — попросил Тимур. Котя сидела на коленях между его ног, на краю кровати. Он догадывался об этом. Но ему безумно хотелось видеть это собственными глазами. — Ка-ать, ну будь хорошей девочкой.
— Буду. Обязательно буду. Но сначала я побуду злой.
Расчет злой девчонки оказался верным.
Тим, будучи визуалом и лишившись основного источника получения информации об окружающем мире, стал вдруг значительно острее реагировать на касания. А его неуемная фантазия дорисовывала картинку такими возбуждающими подробностями, что он был готов к боевым действиям задолго до того, как губы и руки Коти добрались до уровня зоны повышенной боеготовности. В процессе продвижения вдоль нижних конечностей она проявила просто аномальную креативность. Последней каплей стал момент, когда она прижалась головой к его голени и проскользила всем телом к его боку.
Напряжение стянулось тугим узлом в месте, расположено немного южнее географического центра его тела.
— Кать, ну потрогай его. Пожалуйста.
Тимур обрадовался, когда услышал знакомый звук порванной фальговой упаковки, и на головку опустился силиконовый кругляшек, который ее ртом стал растягиваться по стволу. Но, увы, не успев насладиться вниманием, его член был снова брошен в одиночестве.
