— Чижик-пыжик, где ты был, — согласился с ним Тимур, наблюдая, как из 1007-го Пежо выходит высокий стройный молодой человек, чтобы помочь выбраться из машины… Коте. Парочка о чем-то мило щебетала, обаятельно улыбаясь в 64 зуба.
Тимуру подумалось, что может он и зря успокоился на предмет мальчика-индиго. А тут еще и Змей дровишек подбросил:
— А Екатерина Андреевна у нас педофилией не увлекается?
— В интересах безопасности ребенка, надеюсь, что нет, — рыкнул себе под нос Тим.
Тем временем дверь открылась, и обсуждаемые ввалились в холл.
— Это Тимур Александрович, исполнительный директор, — представила его Котя, кивнув в знак приветствия.
— Леонид, — представился «ребенок», на удивление крепко и уверенно пожав Тимуру руку.
Процедура знакомства плавно перетекла в обсуждение условий договоров новоприбывших, к которому присоединился мрачный как грозовая туча юрист. Леонид удивил Тимура грамотностью в юридических вопросах — в отношении условий использования продукта обеими сторонами, и полным отсутствием стеснения в вопросах обсуждения размера вознаграждения.
Девятнадцатилетнему Лёнчику, кстати, оказалось двадцать четыре.
— А работаете вы так же, как обсуждаете дела? — проявил с ним солидарность Игорь.
— Работаю я гораздо, гораздо лучше, — скромно ответил Лёнчик.
После того, как Леонид и Катя в сопровождении Женьки ушли устраиваться, Тимур поинтересовался у юриста:
— Ты чего такой недовольный?
— Оксанка замуж выходит.
— Когда?
— На этой неделе.
— И давно ты знаешь?
— Она в середине декабря сказала.
Я всё надеялся, что она просто пугает… А вот…
Тимур без слов сочувственно постучал Игоря по плечу.
Минус один, облегченно резюмировал исполнительный директор.
Котя вновь оказалась в знакомой компании. Правда, температура в ней сейчас был на десяток градусов ниже, чем во время их первого знакомства. На нее смотрели с нескрываемой неприязнью.
— А что здесь делает эта крыса? — выразил общее мнение архитектор Просто Константин.
— А у вас, Константин Валерьевич, доказательства моей вины имеются? — спросила она со спокойной улыбкой, чуть опередив открывающего рот Тимура.
— Нет? А безусловные доказательства вашей непричастности? Тоже нет? Тогда давайте я вас тоже крысой назову? Чтобы уже никому не обидно.
— На самом деле, Екатерина Андреевна единственная, кто лично пострадал от всей этой ситуации, — вмешался Тимур. — И никаких фактов в пользу того, что материалы конкурентам передала она, нами обнаружены не были.
