– Я тоже освещена светом?
– Как и я. Тот же свет такого же цвета, как и у тебя. И те же энергетические поля.
Цвет сейчас был золотым, а энергетические поля, которые шли от ее чрева и головы, были цвета ясного неба и блестели.
– Я чувствую, что мы были потеряны, а теперь мы спасены, – сказала Брида.
– Я устал. Мы должны возвращаться. Я тоже много выпил.
Брида знала, что где-то существует другой мир: с его барами, пшеничным полем и автобусными остановками. Но она не хотела возвращаться в него, все, чего она желала сейчас, – это остаться здесь навсегда.
Она слышала далекий призывный голос, пока свет вокруг нее становился слабее, а потом угас полностью. Огромная луна снова зажглась в небе, освещая поле. Они были обнажены. Их тела сплетались в объятиях. И они не чувствовали ни холода, ни стыда.
Маг попросил Бриду закончить ритуал, поскольку именно она его начала. Брида произнесла слова, которые знала, а он ей помог. Когда все формулы были произнесены, он открыл магический круг. Они оделись и сели на земле.
– Пойдем отсюда, – сказала Брида через некоторое время. Маг поднялся, она сделала то же. Она не знала, что сказать. Она была взволнованна, как и он. Они признали свою любовь и теперь, как любая пара, прошедшая через это, не могли смотреть друг другу в глаза.
Маг прервал молчание.
– Ты должна вернуться в город. Я знаю, где можно вызвать такси."
"Брида не знала, разочаровали ли ее его слова или принесли облегчение. Чувство радости стало меняться на чувство неудобства и головную боль. Она была уверена, что будет для него худшей компанией в эту ночь.
– Хорошо, – ответила она.
Они пошли другой дорогой и вернулись в город. Он вызвал такси из телефонной кабины. Ожидая машину, они сидели на краю тротуара.
– Хочу поблагодарить тебя за эту ночь, – сказала она. Он не сказал ничего.
– Я не знаю, будет ли праздник Равноденствия праздником только лишь для волшебниц. Но для меня это будет важный день.
– Праздник есть праздник.
– Тогда мне бы хотелось пригласить тебя.
Он сделал жест, какой делают, когда хотят сменить тему.
Должно быть, он думал в этот момент о том же, что и она: насколько тяжело расставание со Второй Половиной, если встретишь ее однажды. Он думал об этом, возвращаясь домой, один, спрашивая себя, когда она вернется. Она вернется, потому что так велит ее сердце. Тем не менее, одиночество лесов труднее пережить, чем одиночество города.
– Я не знаю, возникает ли любовь неожиданно, – продолжила Брида. – Но я знаю, что я открыта для нее.
