Брюнетка в боевой академии. Любимая игрушка повелителя

– Потому что у него мама. Ты же прекрасно знаешь своего отца. Он будет манипулировать мной через нее. Я ничего не могу сделать, пока не придумаю, как обезопасить ее. Я правда не знаю, зачем приехала именно сюда, а не в любую другую закрытую академию, и какой помощи от тебя хотела… – призналась я. – Прости, что гружу своими проблемами. Ты не обязан в них вникать и ничем не можешь помочь. Я знаю…

Зря я затеяла разговор. На какую помощь рассчитывала? Сильх давно занял позицию невмешательства.

Я обогнула парня по дуге, но он резко развернулся и поймал меня за руку, а потом притянул к себе, сжимая в объятиях.

Я чувствовала дыхание у себя на макушке.

– Я не знаю как, Флави, но я не отдам тебя ему. Кому угодно, но не ему… слышишь?

– Но почему? – Я немного отстранилась, так как хотела видеть его выражение лица. В глазах застыла злость и боль.

– Потому что ты нужна мне самому, – сказал он и, приподняв пальцами мой подбородок, склонился к губам.

Я не верила, что это происходит со мной. Голова кружилась от предвкушения и близости Сильха.

Меня обволакивал чарующий аромат парфюма, в груди словно сумасшедшее билось сердце. «Что ты делаешь, Флави?» – эта мысль не давала мне покоя, но я отмахивалась от нее, как от назойливой мухи. Даже если сейчас я совершаю ошибку, не хочу ничего менять. Такая ночь создана, чтобы творить волнующие глупости с красивым парнем на крыше.

Я хотела почувствовать прикосновение его губ, силу объятия. Я хотела, чтобы Сильх, демоны его забери, наконец-то поцеловал меня.

Я мечтала об этом с тринадцати лет.

– Ты выросла очень красивой, Флави, – шепнул Сильх и провел подушечкой большого пальца сначала по моей щеке, а потом обрисовал контур нижней губы.

Я стояла и боялась даже пошевелиться, и не могла ему сказать, что и он всегда был красивым. Наверное, с самого рождения. И совершенно точно с того момента, как я увидела его впервые.

С трудом отдавая себе отчет, я медленно потянулась за его рукой, приоткрыла губы и увидела разгорающийся огонь в глазах принца.

Сейчас лазурная синева потемнела, и мне нравилось, как выглядит Сильх в данный момент. Сосредоточенный, серьезный и волнующий. Маска холодного равнодушия, присущего наследнику Холмов, медленно сползала с его лица, обнажая истинную сущность – горячую и страстную. Это я заставляла Сильха сбрасывать внешнюю оболочку. Это я вытаскивала наружу все эмоции, которые бушевали в его душе. И впервые в жизни мне удалось заставить его обнажить нежность и страсть.