Брюнетка в боевой академии. Любимая игрушка повелителя

Сначала в вырезе показалась загорелая шея, потом толстая витая цепочка из белого золота, на которой висел неправильной формы голубой камень, словно окованный проволокой с шипами. Я скользила взглядом за пальцами парня, как загипнотизированная. В горле пересохло, я не удержалась и облизнула губу.

В ответ на это Сильх ухмыльнулся и сделал шаг мне навстречу, одним движением скидывая рубашку с мощных плеч, на которых перекатывались мышцы. Он был божественно красив и демонически раздражен. Убийственное сочетание, особенно для меня.

– Ты что делаешь? – прошептала я севшим голосом, когда Сильх оказался рядом со мной. Разъяренный, в одних низко сидящих на бедрах штанах, он уперся рукой в стену у моей головы.

– А что? Ты ведь всегда хотела именно этого, Флави? Разве не так? – зло выдохнул он и склонился к моим губам.

– Нет-нет-нет! – завопила я и уперлась руками в его голую грудь. Но это, кажется, его только развеселило. Сильх положил руки на стену и давил на меня своей массой, а я чувствовала под ладонями теплую, упругую кожу и слышала, как бьется под подушечками пальцев его сердце.

Я разозлилась и хлопнула по обнаженной коже ладонями посильнее. Сильх даже сопротивляться не стал, тут же отступил и лениво посмотрел на меня.

– Что-то не так, Флави-и?

Мое имя перекатилось у него на языке, и по позвоночнику пробежали мурашки. Я ненавидела себя за эту реакцию на низкий, с хрипотцой голос.

– Ты же бегала за мной, как болонка. Пришла сама, на что надеялась? Ты теперь не маленькая папина игрушка… Я же сказал, тут тобой буду играть я.

– Я теперь большая игрушка! – обозлилась я.

– Вот и я о том же, Флави, – с явным удовольствием заметил Сильх. – Ты теперь большая. И на что ты надеялась, прячась в шкафу у меня в комнате?

– Надеялась я на то, что тебя тут не будет! Но прости, не успела изрезать твои рубашки! – Версию мести я придумывала на ходу. Нужно было утопить бдительность парня.

– Зачем тебе резать мои рубашки? – удивился Сильх.

– Ты испортил мои волосы, я – твои вещи. Справедливо.

– Справедливо было сидеть в Холмах и не отсвечивать после того, что ты сделала.

– Я не могла там оставаться!

– Допускаю, папа может быть несносен. Но это не мои проблемы! Убирайся из академии!

– Не дождешься! – оскалилась я и дернула кофту, которая совсем сползла с плеча. Это было уже неприлично. Взгляд Сильха зацепился за что-то на моей руке.