Бронебойный диалог

Мне плевать, какое решение по тебе примут генералы, но если ты прямо сейчас не расскажешь мне, как все было на самом деле, не назовешь имя хозяина дома в Самарканде, не скажешь, кто «из-за речки» забирал семью, то до завтрашнего утра не доживешь. Я лично приду к тебе в камеру ночью, и ты пожалеешь, что родился на этот свет. Я заставлю тебя жрать свои собственные кишки. Ну, тварь? У тебя один-единственный шанс сохранить жизнь.

Берхуни, зная, на что способен командир отряда спецназа, сдался.

Он не хотел умирать. Тем более смертью страшной, мучительной, которую прочитал в глазах Седова, хотя Валерий, естественно, блефовал.

– Ладно, ладно, я скажу, я все скажу, но только в присутствии генералов и при гарантии, что мне сохранят жизнь.

Седов с ненавистью смотрел на террориста, как бы обдумывая его условия. Берхуни не выдержал этого взгляда, в котором таился холод смерти. Наконец Валерий отпустил его:

– Хорошо. Пусть будет так. Но если ты хоть в мелочи солжешь, я это пойму, и тогда жди меня ночью в гости, понял, пес шелудивый?

– Понял!

Седов достал телефон, набрал номер Белоногова:

– Дмитрий Сергеевич, Сангар Берхуни решил изменить данные ранее показания.

– Мы идем, Валера.

Глава шестая

Александров, Белоногов и Трепанов вернулись в кабинет.

– Значит, господин Берхуни решил изменить показания? – спросил заместитель директора Службы внешней разведки.

– Так точно, товарищ генерал-лейтенант, – ответил Седов.

– Ну что ж, мы слушаем.

Офицеры заняли свои прежние места за столом.

– Говори! – приказал Седов.

– Я расскажу все, что знаю, но мне нужны гарантии, – поднял голову Берхуни.

– Какие ты хочешь получить гарантии? – поинтересовался Белоногов.

– Гарантии безопасности.

– Тебя никто не тронет, – сказал Александров, – этого достаточно, мы внимательно слушаем тебя.

– В Джизаке мы должны были похитить семью Ниврая, – начал Берхуни.

– Это нам известно."

"– Я находился в Самарканде в гостинице, Атари выехал на поиски семьи.

До этого он говорил с кем-то по телефону, и этот кто-то, которого я не знаю, сообщил Атари адрес семьи Ниврая. Диар нашел семью. Позвонил мне и приказал срочно выехать в Джизак.

– Почему срочно? – спросил Александров.

– Сначала Атари ничего не объяснил, я задал ему тот же вопрос, а когда приехал в Джизак, он сказал мне, что с ним связывался человек Джемала, который занимает высокий пост в Ташкенте.