Спряталась в тот день в своей комнате и проревела почти до утра. Потом закапывала покрасневшие глаза и закрашивала воспаленные веки, но все равно было видно, что я плакала. Слухи было не остановить. На моих костях плясали мажорки, довольные, что Демьян меня бросил. Никто не знал причину, но это и не нужно было, они прекрасно додумывали и обрисовывали каждый день наше расставание новыми фактами…
— Больше не хочу, — поднимаясь из-за стола, забираю тарелку. Выбрасываю остатки в ведро, быстро вымываю и убираю на место.
— Яна, документы желательно спрятать, — Ника забирает со стола папку. А я жмурюсь, чтобы опять не разреветься.
Демьян поставил жирную точку в наших отношениях. Он вычеркнул «предательницу» из своей жизни, но при этом разобрался с моей теткой и вернул мне квартиру родителей. Теперь я единственная хозяйка недвижимости. Арсений к жилплощади не имеет отношения, как Демьян этого добился не знаю и спросить не могу. Вчера под действием эмоций я написала ему: «спасибо».
Прочитал, но ничего не ответил. Чтобы не случилось в моей жизни, я не останусь на улице, смогу пойти работать и содержать себя.
Все контакты родственников я занесла в черный список, но позавчера с незнакомого номера мне пришло сообщение: «Янка, ты ее заслужила. Не держи на меня зла». Тогда я не поняла, о чем идет речь, догадалась лишь, что сообщение от Арсения. Кинула его номер в черный список и удалила сообщение…
Забираю у Ники документы на квартиру.
Где их можно спрятать? Лишь в шифоньере или под матрасом. Убираю в шкаф, прячу в стопке одежды. Надеваю куртку, подхватываю рюкзак и иду на выход. Ника уже ждет меня в коридоре. Приходим раньше обычного, берем по стаканчику кофе. С деньгами проблем нет. Ян вернул Нике карту, я получила стипендию за два месяца, тратить мне ее почти некуда.
Три пары отсиживаю с трудом.
Голова из-за бессонной ночи раскалывается, не помогает таблетка, которую мне после первой пары дала медсестра. Иду на последнюю пару с одной мыслью — отпроситься у Германа. Он не поставит мне пропуск.
Вместе с Никой ждем Германа. Не поднимаемся к своим местам, крутимся у первого ряда парт. Подруга предлагала позвонить ему и отпроситься, но я не решилась. Он все-таки преподаватель, а лишь потом мой друг.
