Ключ был привязан к ручке кейса. Кобра отпер его и увидел плотные пачки долларов. В кейсе находилось ровно пятьсот тысяч.
* * *А в загородном доме министра Степана Митрофановича Юрченко в связи с приближающимися выборами в Госдуму атмосфера все больше накалялась. Хозяин был членом правительства, но предстоящие выборы были непредсказуемы, могли сбросить премьера, соответственно разогнать всю команду. Тогда прощай, уютный особняк, слуги и охрана, персональная машина, внимание и улыбки окружающих. Сам хозяин держался спокойно, он был в меру тщеславен, в быту неприхотлив, но супруга Марианна развила бурную деятельность, чуть ли не ежедневно собирала гостей, людей, как она считала, нужных и способных помочь.
Муж пытался объяснить жене, что все это пустые хлопоты, от происходящей суетни толку никакого, останется премьер – есть шанс усидеть, уйдет он – команда разбежится быстрей, чем крысы с тонущего корабля.
Юрченко удивлялся, почему к его скромной персоне некоторые действительно сильные фигуры проявляют такое внимание.
Он был ученым, в последние годы стал хозяйственником и руководителем отрасли, в политику не лез. Министр, конечно, занимался исключительно своими делами, беспрекословно слушался начальства, хотя указания вице-премьеров часто были противоречивы, приходилось балансировать, идти на компромиссы, что наносило существенный вред делу.
Дача же Юрченко была выбрана местом сходок именно потому, что хозяин, по мнению заговорщиков, был пустым местом, ничего не решал и не привлекал к своей персоне ненужного внимания.
Однако служба охраны – генерал Коржанов и его люди давно раскусили сей нехитрый ход и не спускали с загородного имения своего внимательного взгляда.
Начальник охраны самой дачи бывший опер Артем Дуров ни черта не понимал в политике, да и не интересовался ею. Но ежедневные визиты майора Сухова, обилие водителей и охранников, которые сопровождали своих хозяев, злили Артема, нарушали установленный порядок жизни."
"Неожиданности начались с того, что перестала работать система прослушивания особняка.
Артем не стал искать причину: во-первых, не разбирался в электронике, главное, не желал демонстрировать, что о прослушивании знал. Он его не ставил, ранее не пользовался и показывать свою осведомленность не собирался. Он позвонил Вике, но у нее никто не отвечал, а пользоваться местным телефоном для связи с контрразведкой или милицией было наивно, даже опасно для жизни.
