* * *Гуров назначил встречу на Пушкинской площади на автомобильной стоянке у здания “Известий”. Он выбрал столь людное и популярное у москвичей место, чтобы лишний раз доказать наблюдателям, что не придает свиданию с Артемом важного значения. Попросил человек о встрече, сыщик не должен от нее отказываться, но и не ждет от свидания ничего интересного. За Дуровым будет вестись наблюдение, в этом нет никакого сомнения, в таком скопище машин и людей засечь профессионального наблюдателя не представляется возможным, так пусть смотрят, слушают, докладывают начальству, которое должно прийти к однозначному выводу: полковник Гуров встречу с бывшим сотрудником особо не скрывает и значения ей не придает.
При желании от “наружки” можно было оторваться и встретиться без свидетелей, но делать это ни в коем случае было нельзя, так как сам факт проверки и сложного ухода неопровержимо доказывал бы, что между полковником и Артемом существует законспирированная связь. Ликвидировать Артема не стали бы, просто вывели бы его из игры, лишили подхода к любой интересной информации, он бы потерял всякую цену.
Нет, встреча должна проходить вроде бы конспиративно. Гуров известный агентурист, бережет человека на всякий случай, интересной информации от него не ждет.
Гуров умышленно приехал с опозданием на десять минут, поставил “Пежо” рядом с “Жигулями” Артема, из машины не вышел, лишь открыл правую дверцу, махнул рукой, мол, садись рядом.
– Здравствуй, Артем, жизнь за городом пошла тебе на пользу, хорошо выглядишь, видно, и пить стал меньше.
– Он протянул бывшему оперативнику записку.
Артем взял записку, отдал Гурову заготовленный конверт, который Гуров убрал в карман. Артем прочитал: “Излагай только легенду”. Сыщик вынул из кармана сканер, прибор для обнаружения радиозакладок, провел вдоль тела Артема, выяснил, что тот “заряжен”, довольно кивнул:
– У меня времени в обрез, излагай, зачем я тебе понадобился, – сказал он деловито.
– Лев Иванович, жить в резиденции министра неплохо, а платят, так и жаловаться грех.
Но я, как ни говори, опёр, а не пенсионер. Обидно в тридцать с небольшим хоронить себя в сторожах да холуях."
"– Раньше следовало думать, меньше пить и скандалить с начальством. – Гуров закурил. – Я же не могу явиться в управление кадров и сказать: есть отличный парень, его из райуправления выгнали за пьянку, давайте возьмем его в главк.
– Да не пил я, оговорили, счеты свели.
– Это я слышал. Давай, Артем, будем оперативниками, людьми деловыми.
