– Налей и подвинься, – голос у Крячко звучал ровно, спокойно, хотя внутренне сыщик был напряжен. – Взгляни на меня! – Он посмотрел в глаза бандита. – Ты видишь, твоему другу плохо. Только дернешься, тебе будет значительно хуже. Ты мне веришь?
– Ты чего? – с трудом произнес парень, завороженно глядя на пистолет.
– Я ничего, а ты чего? – Крячко обогнул охранников, оказавшись позади, ловко приковал наручниками правую руку одного бандита к левой руке второго. – Я сказал подвинься, или глухой? – Сыщик вынул из кармана их кожаных курток пистолеты, рассовал по карманам.
– У меня разрешение...
– Ментам предъявишь... Друга поддержи, чтобы не завалился. Где Артем?
– У хозяина, они договариваются. – В голосе парня появилась уверенность. – Ты за Мишку ответишь...
Станислав резко ткнул стволом парня под ребра, тот замолчал. Крячко сел рядом.
– Все под богом и все ответим. – Он взял бутылку, разлил по стаканам, понюхал. – Артема увозить собрались на его машине?
– Наше дело маленькое.
– Я тебя спросил, – Крячко вновь ткнул соседа стволом, – отвечай.
– Не договорятся – отвезем на его тачке.
– Они не договорятся, – уверенно сказал Крячко.
* * *Дуров облизнул разбитую губу, взглянул на сидевшего за столом хозяина. Два амбала стояли за спиной бывшего опера.
– Двадцать процентов, – сказал хозяин. – Иначе тебя увезут, будут разговаривать иначе.
Дуров понимал, надо принимать любые условия, лишь бы отпустили. Если они начнут резать и жечь, то отрежут себе путь к переговорам, тогда в лучшем случае убьют сразу.
– Я в вашей власти, но вам от этого толку мало. Я могу согласиться на что угодно, мои слова мало стоят. Хозяин поставит на мне крест, будет разбираться с вами.
– Ты нам скажешь его имя, как его найти. – Сабирин вновь выпил. – Мы его возьмем, тебя зачислим в нашу команду.
Дуров, не задумываясь, сдал бы Усова, но знал, что ему самому это не поможет.
– Вы без меня его не возьмете. Я вам нужен живой и здоровый.
– Ты утверждаешь, что твой хозяин – серьезный авторитет. Назови его имя, я проверю, и ты свободен.
– Сабирин улыбался, понимая, что сидевший перед ним человек блефует.
Ни один из крупных авторитетов не пошлет на переговоры одного безоружного человека. Прибыли бы на трех тачках, с автоматами, один зашел бы в дом, остальные – на улице. И имя свое авторитет на переговорах скрывать не будет. Гость наверняка человек тертый, из ментов. А вот кто за его спиной – неясно.
– Имя и телефон, – Сабирин взял ручку. – Я позвоню, переговорю, и ты свободен.
