Бубен Костяного принца

Если не сможешь вытащить, убей, - монета окончательно перегрелась и рассыпалась в пыль

Клос постоял в темной каморке еще какое-то время, осмысливая услышанное, а потом взял швабру с ведром полным воды и вышел. Прошел по коридору до черной лестницы и спустился на первый этаж. Завернул за угол, толкнул дверь и пошел по другому коридору, ведущему к служебным помещениям охраны. Миновал несколько кабинетов, не колеблясь, толкнул толстую дверь с табличкой «вход строго запрещен» и оказался на тесной лестничной площадке, с которой начинался спуск в подвальные этажи.

Путь ему тут же преградил охранник:

- Эй, Клос, - он узнал уборщика и в голосе его слышалась не столько угроза, сколько раздражение, - Ты читать не умеешь? Тебе сюда нельзя. Пошел отсюда, пока никто не увидел.

- Так там это… - уборщик изобразил на лице растерянность и уронил ведро.

- Да ты что, гад? Умом тронулся? – охранник непроизвольно отскочил назад, однако вода из упавшего ведра все же облила ему штанину и ботинок.

Уборщик наступил на крепление швабры, к которому приматывалась тряпка и потянул деревянную ручку вверх.

Ручка выскочила из крепления, высвобождая точеный наконечник на ее конце. Он крутанул древко, перехватывая копьецо на боевой хват, и точным движением всадил его охраннику в горло.

Охранник еще булькал кровью из разорванной шеи, а уборщик уже спускался вниз. Тюремщик в балахоне, дежуривший перед массивной решеткой оказался сообразительней охранника, почуял опасность и встретил уборщика с мечом в руках.

Однако достойного отпора дать не смог. Вытаскивая наконечник копья из его глазницы, уборщик позволил себе некое проявление чувства:

- Ты обрюзг, - сказал он, снимая связку ключей с пояса умирающего, - Слишком много ешь, слишком мало двигаешься.

Он отпер решетку и начал проверять все камеры подряд, открывая смотровые окошки в дверях.

- Назовите ваше имя! – в ответ находящийся там пленник подскочил с лежака, заметался, начал что-то кричать нечленораздельное.

Разглядев его и убедившись, что в этой камере не тот, кто ему нужен, уборщик молча закрыл окошко и перешел к следующей двери.

Там оказалось пусто. Третья дверь – опять пустая камера. У четвертой двери он тоже не почувствовал внутри никого живого, но для порядка все же открыл, и едва успел отшатнуться, – полупреображенный мертвец попытался полоснуть ему по лицу когтями.

- Срань, - уборщик шумно перевел дух и хохотнул, - Я чуть не обделался.

Окошко в пятой двери он открывал с опаской.