Бубен Костяного принца

Вася довольно скоро пришел к заключению, что задача у этих помощников только одна – охранять самого бригадира, время от времени выполняя его личные поручения.

Эти самые помощники быстро загнали новоприбывших по колено в заросшую тростником болотину, для вида поугрожали невнятными карами за недобор дневной меры и убрались подальше от берега, где на возвышении у них был расчищен от растительности пятачок с вяло дымящим костерком. Никаких орудий труда не дали. Вася попытался дергать тростник с корнем, не получилось.

В речном дне он сидел крепко.

Посмотрел, как работают другие. Большинство переламывали тростник чуть выше поверхности воды, а потом сгибали по многу раз или скручивали в разные стороны, пока стебель не отрывался. Некоторые имели кое-какое подобие орудий из разряда: что удалось подобрать под ногами. Чаще всего, плохо сточенные сучки. Эти «счастливчики» тростник перепиливали, что, правда, не особо увеличивало их производительность. Вася взялся за работу и довольно скоро понял, работая голыми руками, в такой сырости быстро собьет их в кровь.

- Акима, придумай нам какие-то орудия. Иначе нас хватит ненадолго.

- Меру не соберем, - с сомнением отозвался Аким, тем не менее мясистый стебель, который он тщетно пытался открутить, из рук выпустил.

- Да к лешему, - отмахнулся Вася, - Лучше раз голодными останемся, чем все время так мучиться.

Аким кивнул и побрел к берегу. За неполный час работы на одуряюще-влажной жаре он успел изрядно утомиться и запнувшись за камень, чуть не упал в воду.

«Камень? А ну-ка иди сюда, родной». Попыхтев, Аким выворотил с илистого дна валун и перетащил его на сухое место. Следующие полчаса он шарил вдоль берега, выискивая гальки. Набрав несколько более-менее подходящих, вернулся к вывороченному валуну, который должен был послужить рабочей поверхностью.

Не имея никакого навыка, Аким следующий час провозился с гальками, долбя одну об другую, пытаясь получить острый скол. Получалось плохо, несколько галек испортил безвозвратно, но таки добился у одной более-менее острой сколотой кромки.

Он покачал обработанную гальку в руке, пытаясь представить, насколько удобно ей будет работать. Галька на удивление неплохо ложилась в руку. Сколотой же кромкой можно было перепиливать или даже подрубать.

Он отдал убогое орудие Васе, предупредив, что второе такое же сделает не раньше, чем через час. Однако Вася был рад и этому. Вооружившись Акиминым каменным скребком, он в несколько ударов перерубил стебель тростника.