Будь хорошей девочкой (СИ)

Никита облизал губы, и я повинуясь инстинкту дернулась, комкая свитер, и приникла к его губам, ощущая, как язык скользнул внутрь и толкнул мой. Никита зарычал, буквально вгрызаясь в мои губы, и одновременно долбя бедрами до ощутимой боли.

Тело становилось все тяжелее, но я уже не замечала этого. Двигалась, остервенело насаживаясь на его стояк, и с каким-то диким неистовством поняла, что…

— Я сейчас… — Впилась ногтями в широкую спину, и зверь тут же сорвался следом за мной в пропасть. Бедра обожгло дерзким прикосновением, когда он впился в них пальцами, проникая в меня особенно глубоко и кончил, ловя мой потемневший взгляд своим.

Отдышалась, уткнувшись в мощную грудь, и подняла взгляд, до одури желая увидеть его глаза.

И ту нежность, что плескалась в них, когда он смотрел на меня секунду назад.

Никита обхватил ладонями мое лицо и коснувшись губ невесомым поцелуем устало улыбнулся.

Глаза распахнулись, и горло сдавило от дикой боли.

Сбросила его руки и оттолкнула, лихорадочно приводя в порядок одежду.

Нет, нет пожалуйста…

— Оставь… — Тихо, на выдохе, а потом выскочила за дверь и понеслась в сторону кабинета, оставив ошарашенного Никиту одного.

Сердце колотилось где-то в горле, слезы жгли глаза, а ноги не слушались, но я продолжала бежать к кабинету, чтобы скрыться от него. От этих слов, что уже проникали под кожу, заставляя пульс сбиваться, стоило вспомнить его севший голос.

Никакая я ему не любимая! Никогда не была. И не буду!

Толкнула дверь и та долбанулась о стену.

Вбежала в кабинет и, сбросав в сумку мобильник и ключи, сдернула с плечиков кожанку. Переобуваться не стала, так и выскочила в темный коридор, прямиком в объятия Никиты.

Стиснул плечи, но я сбросила его руки, отталкивая прочь.

— Нет, послушай! — Крик резанул слух, но я не могла сейчас, не хотела…

Попыталась протиснуться мимо, но Никита преградил путь, оттесняя к стене.

— Хватит! Не хочу слушать и понимать не хочу!

Сорвалась и прокляла себя за это. Но с ним по-другому и нельзя.

— Я не хотел, ясно? — Слова оглушили. Я вздрогнула, словно он только что собственноручно выбил воздух из моих легких, а Никита чертыхнулся и запустил пятерню в волосы. — Чёрт, я не это имел в виду.

Не это? Что еще за бред?

Толкнула его, стремясь протиснуться, и Никита успел сжать мое запястье, не давая уйти.