Будь хорошей девочкой (СИ)

И самое страшное, что я понимала, это нифига не от съеденного за ужином.

Отпустило только после того, как я трижды зашлась в приступе кашля. Еще с минуту посидела, приходя в себя, а потом выпрямилась и подошла к раковине.

Мешки под глазами такие, что я напоминала узницу концлагеря, кожа синюшная, губы потрескались. Кошмар какой. Но как ни странно, мне стало значительно легче, и я поняла, что надо срочно осаживать эту «Розу Сябитову», пока она не натворила дел похуже…

Вошла в кухню и без предисловий начала.

Катя на секунду растерялась, а потом попыталась сделать невозмутимое лицо, но румянец на щеках выдал ее с головой.

— Катя! — Подруга затихла, а я оперлась на стол прямо глядя на нее. — Моя родная сестра от него беременна. И я для этого поехала в Васильевку. Чтобы найти Никиту и притащить за шкирку в ЗАГС, теперь тебе ясно? Между нами нет великой любви, мы просто трахнулись, и теперь я не уверена, но…

Горло свело, и я поняла, что не могу произнести это вслух.

— … в общем, не надо вмешиваться, идет? Я уверена, ты действуешь из лучших побуждений, но поверь, это ни к чему. Мы сами разберемся с тем, что натворили.

Выпалила и замолчала, ощущая, как тяжело дышать. Волнение будоражило кровь, и на меня тут же навалилось чувство вины, стоило осознать, как грубо я обошлась с Катей в её же доме.

— П-прости, Мариш… — Тихий голос заставил меня ощутить себя еще поганее, и подруга отставила чашку, бездумно глядя в пространство.

 — Просто… Ты возможно не видела, но Никита глаз с тебя не сводил в первый вечер, когда ты к нам приехала. Он тогда с Аленой мутил, но я-то видела, как он взглядом тебя цеплял постоянно. И знаешь, тебе покажется это глупостью, возможно, но я Никиту знаю с садика и поверь, вижу, когда он просто забавляется, а когда девушка ему по-настоящему нравится.

Слова Кати звучали странно, и я моргнула, оседая на табуретку.

— При том, что таких случаев вообще раньше не было.

Ну то есть, у него ни разу нормальных отношений дольше одной ночи не было. Он просто баб менял, как перчатки, а тут побрился ради тебя, понимаешь?

Истерический смех вырвался из горла, и я провела руками по лицу, стряхивая эту странную горечь.

— О чем ты Кать? Ну вот о чем? Глупости это. Побрился… — Покачала головой, в который раз поражаясь нашей бабской натуре… — Это вообще ничего не значит.

— А то, что он Стаса просил тебя пробить.