Будь моей игрушкой (СИ)

Душевный раздрай нарастал. Паникующий голос Дженни-номер-один тревожным набатом звучал в душе.

Почему она не может сопротивляться Рауму? Неужели она настолько порочна, испорчена? Раум в ответ впился в ее губы поцелуем — настойчивым, воспламеняющим. И Дженни сама не поняла, когда обвила его шею руками и ответила.

— Договорились, — Богиня, ну как ему можно сопротивляться, если даже просто от звуков хриплого и низкого голоса по коже бежит сладкая дрожь? — Наш первый раз будет в кровати, с лепестками роз и прочей романтичной фигней, от которой млеют девчонки.

Она чуть расслабилась от этих слов, ощущая одновременно благодарность и разочарование. И совершенно зря расслабилась, могла бы помнить, что рядом ди Форкалонен.

Демон потянулся и дернул за рычаг. Оба кресла откинулись на максимум, превращая салон «Мантикоры» в огромную кожаную кровать. Дженни ойкнула и попыталась вырваться из объятий, но ей не дали. После недолгой борьбы она оказалась лежащей на спине. Раум нависал сверху, опираясь на руки, и пожирал ее расширенными зрачками.

— Кроме самого секса, есть много способов доставить друг другу удовольствие, — прошептал он, лаская горячим дыханием кожу. — Но в этот раз я хочу, чтобы ты тоже приняла участие.

Хватит изображать бревно, сладенькая.

— Что?! Я не… Не слушая возмущения и возражений, он завладел ее рукой и положил на свой пах.

— Давай, Дженни-конфетка, — за насмешливыми интонациями в голосе ощущался приказ. — Приласкай меня.

Дженни чуть сжала пальцы, нащупывая возбужденный ствол, и демон довольно сощурил глаза.

Она нерешительно положила руки на пряжку ремня.

«Богиня, что я делаю?! Это же Раум ди Форкалонен, самый ужасный парень на свете. И он только что отшлепал меня!» Ягодицы, кстати, еще слегка горели от ударов.

— Сделай это, детка, — снова этот хриплый голос, выдающий его возбуждение. Снова этот взгляд в упор расширенными зрачками. Взгляд, которому почти невозможно противостоять.

Почему-то от одной мысли, что она желанна для Раума, Дженни становилась мокрой.

Она расстегнула пуговицы и обхватила напряженный член сквозь ткань белья. Большой. Ну, или ей так кажется, она не очень представляет каких размеров этот орган у среднестатистического мужчины.