Будь моей игрушкой (СИ)

— Если ты ее обидишь, если хоть пальцем тронешь, — проговорил он, бессильно сжимая кулаки, — от я… — То ты будешь смотреть на это и жевать сопли, — насмешливо оборвал его Раум.

— Потому что ты трус, Маккензи.

Это стало последней каплей. Оборотень взревел и бросился на врага, на лету превращаясь в волка. Клацнули зубы, почти смыкаясь на беззащитном горле, когти коснулись кожи, раздирая в клочья одежду… «А ведь если я убью его, меня посадят», — мелькнула несвоевременная и дурацкая мысль, — «Вызова на дуэль по всем правилам ведь не было» В следующее мгновение мир вокруг взорвался болью.

— Дурак ты, Маккензи, — бросил Раум, с досадой изучавший разорванный рукав. Проступивший на коже узор из серебристо- белой чешуи медленно исчезал. — В следующий раз я тебя убью, так что если хочешь жить, лучше не попадайся мне на глаза.

Чарли со стором перевернулся, потянулся ощупать живот и удивился, не обнаружив крови.

Похоже, он даже не был ранен.

Демон дернул за шнур вызова прислуги и приказал появившемуся мгновением спустя в дверях работнику: — Мы тут немного порезвились. Регенератор и новый костюм для мистера Маккензи. Размер, — он бросил короткий взгляд на Чарли. — Шестнадцатый должен подойти. Стоимость запишите на мой счет. И ремонт тоже.

«Какой ремонт?» — вяло удивился Чарли. А потом поднял голову и увидел проломленную настенную панель над головой.

Раум снова опустился в кресло и взялся за еще дымящуюся сигару.

— А ты не такой трус, как я думал, Маккензи, — продолжил он светским тоном. — Но ты дурак. Если бы я был на твоем месте, я бы промолчал. А потом подстроил бы несчастный случай.

Драться честно — глупо. Особенно с тем, кто сильней тебе в несколько раз.

Чарли попытался что-то ответить, но из горла вырвался только полуприглушенный хрип. Вдохнуть удавалось через раз, хорошо хоть жгучая режущая боль в животе медленно отступала.

Демон успел выкурить еще одну сигару, а Чарли более-менее прийти в себя и даже найти силы, чтобы сесть, прислонившись к стене, когда вернулся слуга. На подносе в его руках лежала запаянная ампула с лекарством, шприц и новехонький мужской костюм — зеленый жилет, брюки, белая рубашка. Костюм один в один повторял униформу работников клуба, но без нашитой на груди и спине золотой цифры семь и золотого галстука.