Будь моей беременной

Я уже говорил тебе об этом.

— А это мог быть… призрак? — она внезапно остановилась и вскинула удивленный взгляд.

— Какой опять призрак? — устало вздохнул я. — В поместье Рейверсов не было призраков никогда.

Тамила резко развернулась и направилась в сторону столика, а затем зашелестела бумагами. Ее брови сошлись на переносице, губы поджались. Такая сосредоточенная и возбужденная!

— Вот, — она подхватила небольшой обрывок пожелтевшей от времени бумаги и протянула мне. — Это я нашла за портретом твоего пра-прадедушки Хэролда Рейверса.

И обнаружила я это благодаря женщине-призраку. Ее зовут Амалия. И ей твой предок посвящал любовные послания. А затем женился на другой.

— Впервые слышу об этом всем, — пробормотал я, развернув записку и пробежав взглядом по строчкам. Похоже на почерк Хэролда Рейверса, но для верности не мешало бы провести экспертизу. — И не понимаю, зачем призраку воздействовать на результаты анализа? Кто она вообще такая и откуда взялась? Повторюсь, в доме Рейверсов не было мертвой энергии никогда.

И почему кроме тебя никто ее не видит?

— Понятия не имею. Но она явилась мне в первый же день в этом доме, я ощущаю ее присутствие даже сейчас, — она передернула плечами, а затем приблизилась и, перехватив мою ладонь, заговорила глядя в глаза. — Мне кажется, она имеет отношение к тому, что происходит с мужчинами рода! Что тебе известно о проклятии рода Рейверс? Кто вас проклял?

— Это лучше спросить у бабули, — спустя долгое мгновение ответил я. — Я как-то… не вникал в подробности.

Одно хорошо, мы теперь в недосягаемости. Крейг не станет высовываться, опозорившись. До рождения ребенка так точно! У меня голова кругом идет от всего этого! Думаю, что лучше заняться этим завтра. Ты сегодня и так переволновалась и тебе лучше отдохнуть. Поспать.

— Мне все равно придется сбежать, пока есть время, — решительно вздернув подбородок, отрезала она.

Я рефлекторно сжал ее плечи. И Мила ту же доверчиво ткнулась носом мне в плечо. И у меня неожиданно перехватило дыхание.

Кажется, я даже остолбенел, растерявшись. Но быстро взял себя в руки и осторожно обнял ее, ласково погладив вдоль спины и вдыхая запах ее волос — такой особенный, ни на что не похожий, но незабываемый. Мне хотелось ее поцеловать, но в этот раз не получилось бы списать все на анестетик. Хотелось закрыть собой и защитить от всего мира.

Проклятье. Мне кажется, что я не смогу ее отпустить. Буду придумывать сотни оправданий, причин, отговорок.