Меня так и подмывает спросить ее, куда, черт возьми, она делась, но начинается бой.
Высокий парень движется медленнее своего противника, как и предполагали Рэйвен и Ройс. Однако у меня такое чувство, что он хорошо изучил своего противника накануне боя. Коротышка наносит долговязому удар правой в челюсть, но тот неожиданно уворачивается и врезает левой.
Виктория рядом со мной качает головой, за этим следует тяжелый вздох, а потом она смотрит на меня и печально улыбается – я все это вижу краем глаза. Потом она опускает взгляд на свои колени, сидит так секунду-другую и снова сосредотачивается на драке.
Оба парня продолжают кружить по рингу, Ройс всматривается и присвистывает:
– Подожди, подождите…
Его глаза отрываются от ринга, он косится на меня, потом толкает Рэйвен.
– Рэй-Рэй, а это не тот мудак, который привез тебя в ту ночь, когда тебе здесь разбили лицо?
Она смотрит на него, затем на Викторию и снова на парня на ринге.
Что за черт…
Я прищуриваюсь, чтобы получше его рассмотреть.
Ройс прав. Шесть или около того месяцев назад Рэйвен участвовала в поединке, ей расквасили лицо, и Виктория вместе с этим гребаным долговязым парнем пришли ей на помощь.
Они подобрали ее и привезли к нам домой – Виктория тогда в первый раз оказалась достаточно близко, чтобы увидеть наш особняк за деревьями. Я помню, как прижимал ее к машине, расспрашивал о том, что произошло, а она с усмешкой смотрела на меня.
Это также была первая ночь, когда я лег спать с мыслями об этой дерзкой маленькой блондинке.
Все, что я помню о парне, так это то, что он не был связан ни с Брейшо, ни с Грейвенами.
Такой сам по себе. Ройс его запугал, и он убрался с нашей территории.
Какого хрена она вообще была с ним той ночью?
Долговязый делает удачный апперкот, и воздух взрывается криками. Он победно вскидывает руку, и его взгляд останавливается на девушке рядом со мной.
Мышцы моей спины напрягаются, когда он, мать твою, подмигивает ей. Только сейчас я замечаю уродливую татуировку на его торсе: птица с глазами-бусинками, красной шеей и спутанными бело-черными перьями.
Рэйвен наклоняется к Виктории."
"– Ты вроде говорила, что он уехал из города?
– Да, верно, – говорит она. На ее губах напряженная улыбка, она возводит глаза к потолку, будто нашла там что-то интересное. – Но, как видишь, он вернулся.
– Кто он тебе? – спрашиваю я.
Она хмурится, качает головой, но не успевает ответить, потому что внезапно долговязый ублюдок наклоняется над цепью, которая отделяет нас от ринга.
