Будь моей

Василий, полный негодования по поводу того, с какой поразительной скоростью воспряло его мужское естество при виде ее обнаженного тела, ответил коротко:

— Я и думать об этом не желаю.

— Без своих лошадей, Петровский, я отсюда не уйду, — предупредила она.

— Делай как хочешь.

— Не сомневайся, — огрызнулась Алин и потянула лошадь из конюшни.

Василий скрипнул зубами, но пошел за ней.

— Черт возьми, это их веселье может в любую минуту закончиться, у нас нет времени на поиски.

— Никто не просил тебя помогать.

— Ладно, — согласился он. — У них должна быть новая конюшня. Вряд ли они еще пользуются старой, за исключением таких случаев, как сегодня. Посмотри-ка туда…

Александра тоже заметила это строение:

— Вон там, в противоположной стороне деревни!

— Должно быть, так, — проворчал Василий, поглядев в ту сторону.

Но Александру не надо было торопить. Она уже направлялась туда, предоставив Василию догонять ее.

Новая конюшня была надежной, и толчок в дверь убедил графа, что изнутри она закрыта на засов, а это означало, что лошадей сторожат. Проскользнуть незамеченными было невозможно, и Василий не стал объяснять упрямой женщине, что для того, чтобы забрать ее лошадей, нужно, по крайней мере, оглушить сторожа — он уже знал, что она скажет ему: «Действуй».

Поэтому он забарабанил в дверь и позвал, но не слишком громко, чтобы его голос не разнесся по всей округе:

— Открой!

Через минуту изнутри послышался ответ:

— Кто там?

Василий прикинул, какое имя наиболее распространенное в этих местах, и назвал его. По-видимому, уловка сработала, но желаемых результатов не принесла.

— Ты что, не слышал? — крикнули из-за двери. — Павел сказал, чтобы я не открывал дверь никому, кроме него, а ты не он. Придется тебе подождать до утра, чтобы посмотреть на этих красавцев, так же как и всем остальным.

— Он считает тебя одним из местных, — зашептала Александра. — Сыграй на этом.

Василий считал это пустой тратой времени, но сделал еще одну попытку.

— Меня послали тебя сменить, — крикнул он, — чтобы ты мог выпить со всеми. За дверью захихикали:

— Славная затея, но при мне есть кувшин пива и приказ атамана.

Последние слова были едва слышны: судя по всему, сторож ушел в дальний конец конюшни.