Будь моей

Правда, по сравнению с тем, что он слышал во время поездки, сегодняшнее выступление — просто образец изящной словесности. Возможно, Алин всего лишь хотела продемонстрировать Марии все свои худшие черты, чтобы потом это не было неожиданностью для графини."

"— Боже мой, Василий, эта девушка — просто варварка, — сказала Мария, едва они остались вдвоем.

— Да, совершенно верно.

— Ты не можешь взять ее в жены такой, как она есть.

— Не могу?

— Ну да. Она же опозорит нас обоих. Сначала ее следует обучить приличным манерам.

Этого Василий не ожидал, но его изумление быстро переросло в веселье. Научить Александру вести себя как настоящая дама? Да это просто невозможно!

— Ты даже не представляешь, мама, на что ты себя обрекаешь! Не разумнее ли будет просто отослать ее домой?

Василий замолчал, чтобы дать матери возможность подумать. Но он представлял, в каком направлении движется ее мысль. Впервые ей удалось подвести сына вплотную к браку, и она не собиралась сдаваться.

— Нет, просто эта девушка нуждается в небольшой помощи.

Вне всякого сомнения, ее до какого-то времени воспитывали как надо — ведь в конце концов она баронесса, — но, должно быть, после смерти матери отец не уделял дочери достаточного внимания. Но ведь у барона есть возлюбленная, живущая в том же доме. Почему же она не позаботилась о воспитании Александры?

— Да что ты, мама. Она ругается, как пьяный матрос, прекрасно владеет кнутом и грозится отрезать уши любой женщине, которая оказывается поблизости от меня. И ты надеешься сделать из нее даму?

По выражению лица графини Василий понял, что она не верит ни единому его слову.

Мария не посчитала нужным даже ответить, а вместо этого спросила:

— Что ей понадобилось в конюшне в такое время?

Он вздохнул:

— Видишь ли, Алин каждую свободную минуту проводит со своими лошадьми. Я вовсе не шутил, когда сказал, что она их разводит. Мало того — она их объезжает, ухаживает за ними и даже захватила с собой весь свой табун.

— Ну, этому придется положить конец. Никогда не слышала ничего более недостойного настоящей дамы.

— Эти лошади, мама, для нее все. Она становится неуправляемой, когда речь заходит о них. Конечно, ты можешь попытаться сделать из нее даму, но я не советовал бы тебе даже упоминать о том, что ты собираешься разлучить ее с этими «детками».

— Посмотрим, — фыркнула Мария, но только чтобы сохранить лицо. На самом деле она приняла это предостережение весьма близко к сердцу и до поры до времени решила не трогать животных.