Будь моей

Он почти жалел, что не может присоединиться к ним в этом путешествии, просто чтобы посмотреть, как этот человек, умевший, судя по его манерам, обращаться с женщинами, ухитрится справиться с ее колючим характером.

Поразмыслив, Константин решил, что изменение обстоятельств благоприятно скажется на дочери. Если бы его планы осуществились, молодые обвенчались бы меньше чем через неделю, а это не слишком большой срок, чтобы жених с невестой сумели узнать друг друга.

Но путешествие в Кардинию займет месяц, а то и больше, в зависимости от погоды, и Василий получит достаточно времени, чтобы поухаживать за Александрой и полностью завоевать ее до того, как они поженятся.

Но, зная свою дочь, Константин понимал, что та не будет в восторге от такого поворота событий, во всяком случае, до поры до времени. Как он и ожидал, девушка сразу же заговорила о деле.

— Когда он уезжает? — спросила она.

— Вы оба уезжаете завтра.

— Оба? Так он не расторг помолвку?

— Да почему ты вообразила, что он это сделает? Что ты ему сказала? Я разочарован тобой, Александра.

— Хватит! — огрызнулась она. — Я пыталась покончить с этим фарсом, сказав ему правду, Но если он желает в жены женщину, которая не хочет иметь с ним ничего общего, пусть сам расхлебывает эту кашу, а я умываю руки.

Она умолкла, и Константин неуверенно спросил:

— Так ты выйдешь за него замуж?

— Я не буду расторгать помолвку, — сказала Алин, и горечь, прозвучавшая в ее голосе, не укрылась от барона.

— Но ты рассчитываешь, что это сделает он?

— Когда он узнает меня…

— Черт возьми, Алин! Я знаю, что он привлекает тебя — я сам это видел.

Она пожала плечами, изображая равнодушие, но тон ее был выразителен:

— Ну да, он прибыл в красивой упаковке, не отрицаю, такой красивой, что больше, чем нужно, похож на тщеславного павлина, но с натурой червя, похотливого червя…

— И у тебя есть основания выражаться таким образом? — сурово спросил барон.

— Только то, что он пытался заигрывать со мной, даже не зная, кто я такая.

— А у тебя столь богатый опыт общения с мужчинами, что ты умеешь отличить заигрывание от дружелюбия?

Александра фыркнула:

— Причем тут дружелюбие, если он называл меня «любовь моя».

Константин улыбнулся, не выказывая ни малейших признаков того отеческого возмущения, на которое рассчитывала Александра.

— Что ж, я счастлив слышать, что моя дочь привлекательна даже в таком наряде.