Будь моей ведьмой

— Только дернись в ее сторону, — пригрозил Князь, а после улыбнулся мне.

Это была странная, загадочно-торжествующая улыбка, а я… я вдруг почувствовала странное ощущение неправильности окружающего пространства. Как будто дыра в очень дорогом платье, маленькая, но очень досадная, которую нужно заштопать, иначе раздражает очень и…

— Ты, — я вдруг все поняла, — ты…

— Можем сделать проще, — вспылил вдруг Стужев, — я ее убиваю и мы идем домой, а ты не паришь мне мозг ягушенским всемирнолюбием.

Так хотелось сказать ему что-то грубое, но моя сущность в этот миг заделывала дыру в пространстве, причем даже без моего участия.

Это просто происходило, возвращая миру гармонию и целостность, и происходило очень легко и правильно. И когда все закончилось, я почувствовала себя гораздо лучше.

— Вот и умница, — Стужев обнял за плечи и поинтересовался у Стефы: — Сколько времени ты убила на создание портала?

— Больше года, — прошипела она.

— А могла бы замуж выйти, дите родить, карьеру построить, побыть счастливой, в конце концов.

 — Он улыбаясь все говорил, только в голосе — лед. — Ладно, все это лирика, — наклонился, нежно поцеловал меня в висок и снова Стефе: — Выбирай, остаешься здесь или валишь в империю темных, присоединяешься к драконам и начинаешь партизанить. Собственно, у тебя будет шанс и отомстить, и предков обнаружить. Отец у тебя рыбалкой увлекается, да?

Она не ответила, она как-то странно смотрела на него, как умирающий от жажды путник на стакан с водой.

— Ты это сейчас про что? — тихо спросила я.

— Помнишь, мы свечу в рыбацком домике взяли? — отозвался Саша. — Я, кстати, тогда внимания не обратил, свеча и свеча, дешевая иконка и иконка, люди и люди… А по существу странно, да, откуда на территории Темного двора христианская религия, у них там отродясь крестов не было.

Потрясенно смотрю на него, он мне шепотом ехидненько:

— Там у драконов, как я понял, нехватка представительниц женского пола, да? И заметь — никакого матриархата. Опять же сплоченность на фоне ненависти к темным.

— А… — начала я.

— А здесь ее не потерпим ни я, ни Геката, ни темные, которые придут мстить. Огоньку?

* * *— Мля-а-а-а! — Громовой ор сотен глоток разной тональности оглушил.

Открыв глаза, увидела невероятное — здесь шел пир! На болота натащили соломы, причем она была насыщенного золотого цвета. Прямо на соломе были расстелены скатерти-самобранки и не только скатерти — еще и шкуры быков, на которых имелось сырое мясо.