Будь моей ведьмой

— А… вы…

— Хрен отвечу, — усмешка вышла и вовсе хамская. — Не стоило опускаться до… этого.

Он неопределенно взмахнул рукой, но в этом неопределенном жесте указательный палец вполне конкретно указал на пол и тающие ледяные иглы.

— Щенок! — норвежец подскочил, в голубых глазах заискрился лед.

— Ну зачем же так грубо? — Александр досадливо почесал кончик носа. — Мастер Алкер, вы же понимаете, я не выношу попыток применить ко мне силовые методы. Искренне ненавижу.

И почему-то в этой фразе прозвучала угроза.

В следующее мгновение распахнулась дверь.

Когда этот мужчина вошел в кабинет Георгия Денисовича, я как-то сразу поняла, что он значительно ужаснее даже посвященного. В черной кожаной куртке, из-под которой торчал ворот коричневой водолазки, в черных джинсовых брюках и на ногах не туфли — черные кроссовки. Высокий, худощавый, с одним зрячим глазом и вторым, стеклянным, который вращался совершенно не в унисон с действующим. У мужчины были коротко стриженные седые волосы, шрам, пересекающий половину лица, и губа, изорванная явно когтями и потому висящая как-то… странно.

— Ведьма? — пожимая ладонь Князя, спросил мужчина.

— Оу, — Саша, оглянулся на меня, с недовольством протянул, — черт, ты же все это видишь… Прости, малыш.

Зрячий глаз незнакомого злодея уставился на меня. И мне как-то неудобно стало, наверное, потому и брякнула:

— Ну, шрамы украшают мужчин, особенно такие, явно в бою полученные.

Стужев улыбнулся, причем мне, что странно — незнакомец тоже, здоровым уголком губ, а затем спросил у Князя:

— Твоя?

— Жена, — подтвердил Саша.

— Поздравляю, — с чувством сказал мужчина, и они снова обменялись рукопожатием.

А я подумала, что если и этот мне выдаст: «Сочувствую», тресну чем-нибудь. Не выдал, молча руку протянул, предлагая пожать, видимо.

— Нет, — спокойно произнес Князь.

И мужчина усмехнулся.

— Почему?

Я не знала почему и уж точно не ожидала услышать:

— Видишь ли, мы не предохранялись.

Дышать перестала! Просто перестала, в ужасе глядя на Стужева, а тот невозмутимо продолжил:

— А рисковать потенциальным здоровьем возможного наследника не хотелось бы.

Щеки горят, взгляд, наверное, тоже. Стужева — ненавижу.

— А-а, — неожиданно спокойно отреагировал мужчина, — прости, не подумал.