Конфета, сколько мы откатались вместе, пока отец тебе «лёху» не подогнал?
— Либо пристегиваешься, либо показ окончен, — впервые в его голосе прорезаются знакомые мне стальные нотки, и я быстренько выполняю просьбу.
Павел поворачивается к Илье, они смотрят друг на друга. Потом Гурьев возвращается к дороге, игнорируя просьбу.
— Да не парься ты, она не пищит же.
— Это правило. В моей машине всегда все пристегнуты, и это не обсуждается."
"— Чувак, я реально хочу купить у тебя этот трактор, так что давай без правил и условий.
Лучше покажи, как включать дворники, чтобы снег смахнуть, не видно ни хрена. Они тут вообще есть?
— Есть. Пацан, мне плевать, купишь ты машину или нет. Паркуйся вон у того подъезда и уматывай.
Пашка резко выжимает тормоз, нас качает вперед. Хорошо, что я пристегнулась.
— Вообще, использовать ремни или нет — вопрос спорный, — подает голос Игорь. — Сколько случаев, когда пристегнувшиеся гибли, выживали лишь те, кого выбросило из машины.
— Сколько? — поворачивается к нему Илья.
— Да море!
— Сейчас даже на этом «тракторе», что уж говорить о немцах, ставятся ветровые щитки из высокопрочного стекла. Ты при всем желании башкой своей его не пробьешь так, чтобы вылететь на улицу. Разобьешь — это да. Ты себе представляешь, что будет с твоим лицом, когда его порежут такие осколки? Даже если ты выживешь, что вряд ли, в зеркале себя не узнаешь.
— Ну а тебе-то что? Я ж порежу, не ты.
— Не гони! — возмущается Котов. — Вот у моих знакомых…
— Была совсем другая ситуация, нежели ты сейчас расскажешь. Ладно, смотри. Допустим, Павел не пристегнут, но случайно влетает куда-то. Обычное фронтальное столкновение. Бампер принимает удар, резкое торможение. Павел по инерции продолжает лететь вперед с той же скоростью. Ну, пусть в шестьдесят километров в час. Это понятно? Сначала он ломает себе колени о панель в хлам, — Илья показывает, о какую, и я вытягиваю шею. — Через долю секунды ломает руль своей грудной клеткой.
— Ударяет ладонью по рулю. — Скорость авто падает настолько, что на Павла начинает действовать сила тяжести, в восемьдесят раз превышающая его собственный вес. Сколько ты весишь?
— Ну восемьдесят пять.
— Вот и считай, с какой силой ты ударишься о приборный щиток. Но Павел ведь в машине не один. Дальше он и сидящий позади непристегнутый Игорь — вы оба ожидаемо влетаете в ветровое стекло. Разбиваете его, собирая в себя осколки.
