Затем мой дедушка по маме куда-то там пропихнул его, с кем-то познакомил или что-то посоветовал… уж не знаю наверняка, но после этого папа начал заниматься продажей медицинского оборудования. Возить из-за бугра. Ну и воровать, разумеется, у государства по возможности. Из-за чего большинство его сокурсников, которые все же стали настоящими врачами, относятся к нему с легкой долей презрения. Или с черной голодной завистью, как утверждает сам отец. Потому что «им всем и не снились деньги, которые я зарабатываю» и вообще «они тупые».
Ну да, могли бы и восхищаться моим отцом посильнее, что им, трудно, что ли, упасть ниц на встрече выпускников?
Хрум-хрум.
Любимая тема для разговора в нашем доме — особенно если папа выпьет, — как голодно в России быть медиком и какой он молодец, что выбрал себе другую судьбу.
— … как какая-то шлюха гарнизонная, прости господи! — заканчивает он.
Я вскидываю глаза, округлив их. Мы с Настей замираем.
— Саш, вот последнее было точно лишним, — говорит она укоризненно. — Он ведь помог Мие и заслужил капельку уважения.
— Прошу прощения, девушки. Нервы. Каждый из нас волен выбирать свою судьбу сам. Силком его в профессии никто не держит, хочет вести пациентов — на здоровье. Но почему он при этом ждет какой-то особенной благодарности? Да еще и от моей дочери!
— А он ждет? — спрашивает Настя.
— Это он сейчас молодой-красивый. Потом начнет пить… ай, — делает взмах рукой. — Все верно, дочка. Ты молодец, я тобой горжусь. Не уровень нашей семьи, — при этом он окидывает кухню взглядом и получается так, будто Ветров не по уровню нашей кухне.
Мне так сильно хочется отдаться Илье во всех позах прямо сейчас, что аж перед глазами рябит.
Хрум-хрум.
— Насть, а в какое время приемные часы в роддоме у Мии? — переводит он тему.
— Мы в прошлый раз в девять приезжали, — отвечает она.
— Тогда собирайся. Надо разобраться, что к чему, переговорить с Федором Игоревичем. Может, малышке какие-то лекарства нужны или особый уход, который не может предоставить наш роддом.
— Так а что с разводом-то? Ты ведь сотрешь этого хрена Арсения в порошок? — смотрю ему в глаза.
— Сначала займусь акушеркой. Промыла Мие мозги. Твоя сестра, конечно, меня поразила, это же надо додуматься рожать за городом! Еще и мужа своего подбила стать соучастником.
— Так Арсений же как раз и втянул сестру во всю эту тему. Он состоит в клубе агрессивно настроенных к ГМО.
