— Сейчас она нырнёт и можете уходить, — с понимающей улыбкой сказала няня, спускаясь в воду по лестнице.
Я наблюдала с открытым ртом, как мелкая неуклюже подпрыгнула на трамплинчике и вытянувшись в струнку в воздухе, грохнулась маленькой бомбочкой в воду. Вынырнуло это чудо далеко от места падения в воду, отфыркнувшись Камилла весело расхохоталась. К этому моменту в воде уже плавали разные игрушки и малышка правда про меня забыла.
Да уж. При такой связи девочки с мамой, можно либо мучить её неделями пока не забудет, либо держать бесконечно в воде.
Улизнув из бассейна, я шла по длинному коридору с панорамными окнами, напоминающий зимний сад только без цветов и чем ближе была к гостиной, тем громче слышала крики своей сестры.
Она орала на Женю и требовала оплатить ей ущерб.
Мне пришлось остановиться и зажать уши ладонями, чтобы продолжить путь. Я не хотела слышать и осознавать в реальности, что мою сестру ничего другого кроме денег не интересует.
Даже родную дочь продала дрянь!
С трудом дошла до гостиной и только перед тем, как показаться отняла руки от ушей. Аню за руки держали два мужика напротив Борзова, сидящего в кресле.
Поганец! Не мог устроиться на диване!
Выдохнув, я уверенно прошла к Борзову и уселась к нему на колени, тут же ощутив крепкую хватку его руки на бедре.
— Отпусти меня урод! Я этой суке все космы повыдергаю! Тварь! У меня из-за тебя уже три рекламы слетело! Ты меня опозорила сука! — орала Аня, потеряв всякое человеческое лицо.
Ничего общего сейчас между нами не было, даже внешнего сходства. Разъярённая бестия, с перепутанными волосами, брызгала слюной посылая проклятья.
— Прости. Недоразумение, — сказала я с лёгкостью, но на душе было невероятно мерзко и те два бокала вина потеряли свою силу.
Лицо Ани и без того страшное исказилось ещё больше от злобы. Я прикусила губу, чтобы сдержать эмоции.
— Что? Прости? Да ты охерела сука тупая! — орала мне и тут же переключилась на Женю, — Где моя дочь?! Я забираю Камиллу Борзов! Понял?! Съел?! — уже перейдя на визг, мужики держащие сестру не выдерживали своего места, то и дело вся эта конструкция сдвигалась в нашу сторону.
— У тебя нет дочери, — устало произнёс Борзов, разговаривая с Аней без эмоций.
Его совершенно не плющило, как меня и от этого было страшно. Он знает такую Аню не один год и терпел её...
