глава 18
Месяц спустя
Полина
То, что Борзов оборзевший было понятно, но с ним удалось договориться. Слава богу, до него дошло, что нельзя взять человека и выдернуть его из привычной жизни без последствий.
После разборок с Анной и её отъезда мы долго, не один день торговались. Сошлись на том, что я занимаюсь воспитанием Камиллы, а Женя обеспечивает меня. Жить в доме по соседству было не то, чего я хотела, но всё же лучше, чем остаться пленницей при Борзове.
Первую неделю после переезда Женя пытался меня по-прежнему контролировать и решать, куда я пойду с Камиллой и когда.
При этом не считаясь ни с моими желаниями и планами, ни элементарно с моим самочувствием.
После этой тяжёлой недели борьбы за свои права Борзов сдался и уехал по каким-то своим делам. Долгожданной передышки не получилось. Мой иммунитет махнул мне рукой, и я заразилась от Камиллы простой простудой. Малышка переносила всё гораздо проще, чем я. У неё даже температуры не было, только лёгкий насморк, плохой аппетит и капризы. Я же слегла с высокой температурой под тридцать восемь, адской болью в горле.
Вишенкой всему этому на торте было то, что Камилла после переезда перестала подпускать к себе няню и весь уход за больным ребёнком тоже был на мне. Очень выручила Лиля. Она приходила к нам готовить и убираться, пока я полутрупом лежала на ковре среди игрушек, приглядывая за Камиллой.
— Я бульон приготовила, сюда принести? — спросила Лиля, заглянув в детскую."
"— Ой нет, — кряхтя, как столетняя старуха я поднялась с пола, отряхнувшись от игрушек, которыми меня обложила Камилла.
— В столовой накрыть? — уточнила Лиля, а мне эти все барские замашки были чужды.
Какие к чёрту столовые? Ну смысл таскать туда-сюда две тарелки? Ладно бы ещё народа было в доме немерено. А так, все эти большие пространства меня начинали раздражать. Я бы хотела жить в квартирке. Небольшой, уютной, а не в здоровенном доме, где и тридцати процентов площади не обошла. Ни к чему.
— На кухне. Дочь, пошли кушать, — позвала Камиллу, протянув ей руку.
Уже месяц я с каждым днём всё больше и больше втягивалась в роль матери, но до сих пор было непривычно обращаться к малышке не иначе как к дочке. Я специально называла её именно дочкой, чтобы привыкнуть, осознать, что теперь назад уже не повернуть.
Страхов, связанных с моим новым статусом, становилось с каждым днём всё больше, но они меркли, когда маленькая ручка Камиллы касалась моей большой руки.
— С нами поешь, пожалуйста, — попросила я Лилю.
