– Посмотри на меня.
Отнимаю руки от лица и вижу перепуганного Максима. Улыбаюсь вымученно.
– Меня уволили...
– Ну и чёрт с ними, – отмахивается он. – Как ты? Болит?
– Немного... но уже вроде отпустило.
Мне не хочется признаваться в том, что бывает больно почти невыносимо. В такие моменты Максим страдает вместе со мной. Это ужасно. И становится ещё больнее.
– Когда всё закончится, мы откроем для тебя твою собственную юридическую фирму. И ты станешь самым лучшим и популярным адвокатом в городе, поняла?
Мои губы сами по себе расплываются в улыбке.
От его поддержки, от того, что он верит в то, что говорит, на сердце становится легче.
– Поняла.
Обвиваю руки вокруг шеи мужчины и тянусь за поцелуем. Максим тут же накрывает мои губы своими. Одновременно вытирая слёзы с моих щёк подушечками больших пальцев.
– У тебя есть, что здесь забирать? – спрашивает Макс, нехотя отстранившись.
Тянет меня за плечи, помогая подняться со стула.
– Документы с твоим делом. Я их здесь не оставлю.
Обхожу стол, забираю папки. И свой диплом – он бережно лежал в ящике стола последние полгода.
– Ещё кружка, – киваю на подоконник. – Она мамина, можно сказать, память.
– Да, кружку однозначно возьмём, – согласно кивает Максим и тут же исполняет сказанное. Потом забирает папки из моих рук. – Всё, пошли отсюда.
Держа все мои скромные пожитки в одной руке, вторую протягивает мне. Я хватаюсь за неё, и мы сплетаем наши пальцы. Теперь уже плевать на всё! Меня уволили за отношения с клиентом, значит, ничто не мешает быть с ним!
Проходя мимо ресепшена, быстро обнимаю Алёну и обещаю ей, что позвоню.
Она вручает мне пальто и шарф, и я поспешно одеваюсь. Подруга смотрит на меня так, словно сейчас расплачется. А ещё в её взгляде, брошенном на Максима – явное обвинение. Похоже, она считает его виновным.
И мне бы хотелось сейчас ей всё объяснить, но я не могу. Не хочу, чтобы у неё были проблемы, и сейчас лучше у неё не задерживаться. И так понятно, что почти все повылезали из своих кабинетов, чтобы посмотреть на опозоренного адвоката с пометкой «бывший».
В холле слишком много народа."
"Но, несмотря на это, я выхожу из здания с гордо поднятой головой. И это только благодаря Максиму. Не будь его рядом, я бы расклеилась.
Уже в машине всё-таки делюсь теми мыслями, которые меня беспокоят:
– Альберт Андреевич толком ничего не объяснил... Сказал, что я нарушила устав, связавшись с клиентом.
