Они спешили по темному туннелю, боясь опоздать.
— Замок необычен и очень стар, — произнес Дерек, тяжело дыша. — Его построил первый герцог Архольд.
— Давай без экскурса в историю, — прервал его Алисет, чувствуя, как от страха застывает сердце.
Лишь бы успеть. Лишь бы Одетт не наделала глупостей.
— Амбициозный был мужчина и странный. Ходы — это его идея, — продолжил Корвил.
— Не знаю причины, может ему нравилось следить за домочадцами, пропадать и появляться в самых неожиданных местах, но это еще не все.
— Что такое?
— Место для замка он выбрал очень интересное. Здесь находились руины одного из самых древних храмов Великих в Сангориа.
Алисет споткнулся, но удержался.
— Я не слышал.
— Он очень сильно постарался скрыть и убрать упоминания об этом из остальных источников. Остались лишь хроники герцогов Архольдов, которые перешли мне по наследству.
— Замок на месте храма? Кто ему позволил.
— Свой титул он получил не за красивые глаза. Жестокий и опасный был человек. Он нашел способы договориться и переубедить недовольных.
— Какие интересные у тебя предки. Куда дальше? — спросил он, когда они остановились у небольшой развилки.
— Туда, — кивнул Дерек налево, и они снова побежали.
— Очень интересные. У него жена была необычная.
Алисет не успел спросить, чем именно вызвана эта необычность, когда вдалеке услышали чей-то приглушенный вопль, который быстро стих.
— Бездна! — увеличивая скорость, выругался Дерек.
Им понадобилось пара минут, чтобы добраться до места и застыть.
Рядом с входом стоял Дитер, прижимая к груди плачущую Милисент. А дальше, на другой стороне лежало бездыханное тело Одетт, над которой склонился сангир.
Он сам не понял, как ринулся к ним. Это было в один миг, как удар сердца.
Оказаться рядом, спасти, уберечь и защитить. Убить любого, кто встанет на пути и причинит хоть малейший вред. Сердце сжалось от страха и ужаса, что уже поздно, что опоздали!
Потерять Одетт было страшно. Невыносимо. Больно.
— Стоять! — Сангир выпрямился, выставив руку вперед.
— Еще шаг, и она умрет.
Дерек рядом громко выругался и схватил друга за руку, не давая сделать и шага.
— Остановись.
— Но…"
"А в ушах громко стучала кровь и собственные мысли: «Жива. Жива! ЖИВА!»
— Он поймал ее, — сухо произнес Корвил и добавил тише. — Душу.
Валкот присмотрелся, пытаясь понять, что именно увидел друг. Что укрылось от его взгляда, затуманенного страхом потери.
Новые способности еще были непривычны и тяжелы.
